1. Понятие об истории Церкви. 2. Предмет истории Церкви. 3. Цель истории Церкви. 4. Разделение истории Церкви.

1. Сошествие Святого Духа на апостолов. 2. Первые успехи Христовой веры между иудеями и иудейскими прозелитами 3. Жизнь первых христиан. 4. Избрание диаконов. 5. Первое гонение иудеев на Церковь. Святой первомученик Стефан. Рассеяние христиан. 6. Проповедь диакона Филиппа. 7. Обращение Савла (41 г. по Р. X.) 8. Призвание в Церковь язычников (42 г. по Р. X.). Христиане в Антиохии. 9. Первое путешествие апостола Павла (45-49 гг. по Р. X.). 10. Апостольский собор в Иерусалиме (51 г. по Р. X.). 11. Второе путешествие апостола Павла (51-54 гг. по Р X.). 12. Третье путешествие апостола Павла (54-58 гг. по Р.Х.). 13. Суд над апостолом Павлом и мученическая кончина его (58-67 гг. по Р.Х.). 14. Благовестнические труды апостола Петра. 15. Святой апостол Иаков, брат Господень, первый Иерусалимский епископ. 16. Святой апостол и евангелист Иоанн Богослов.

17. Благовестнические труды других апостолов. Мужи апостольские. Обстоятельства, благоприятствовавшие распространению христианства. 18. Краткий обзор гонений на христиан от иудеев. Падение иудеев. 19. Гонения на христиан от язычников (в кратком очерке). 20. Святые мученики. Игнатий, епископ Антиохийский. Поликарп, епископ Смирнский. Иустин Философ. Киприан, епископ Карфагенский. Сикст, папа Римский. 21. Святые мученицы. София, Вера, Надежда и Любовь. Перпетуя, Филицитата и Потамина. Великомученица Анастасия Узорешительница. Великомученица Екатерина и царица Августа. Великомученица Варвара и мученица Иулиания. 22. Апологеты.

23. Обращение Константина Великого. 24. Последняя борьба язычества с христианством в Римской империи и окончательное торжество христианства над язычеством. 25. Ереси и расколы. 26. Вселенские соборы. Восточные Церкви, отделившиеся от союза с Православной Церковью во время Вселенских соборов. 27. Святые отцы и учители Церкви. 28. Происхождение монашества. Основатели его на Востоке и Западе. Значение монашества. 29. Церковное управление.

30. Притязания Римских пап на преобладание в Церкви. Заблуждения, допущенные в Западной Церкви. 31. Отделение Западной Церкви от Православной Вселенской Церкви. 32. Происхождение реформации и отделение разных христианских обществ от Римско-Католической Церкви. 33. Лютеране, или протестанты. 34. Реформаторы, или кальвинисты. 35. Англикане. 36. Христианские общества и секты на Западе после реформации. Старокатолики.

37. Благовестнические труды святых равноапостольных Кирилла и Мефодия. 38. Начало христианской веры в России. Великая княгиня Ольга, святой Владимир и распространение святой православной веры. 38. Устройство Церкви Русской и управление ей. 38. Киево-Печерская Лавра. 39. Состояние Церкви Русской во время татарского порабощения. Митрополиты Кирилл, Петр и Алексий. 40. Основание Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. 41. Распространение христианства на севере; просвещение Перми святым Стефаном. 42. Разделение Русской митрополии на Московскую и Киевскую. Начало самостоятельности Русской Церкви под управлением Московских митрополитов. Митрополит Иона. 43. Религиозные споры в Русской Церкви. Стригольники и жидовствующие. 44. Обнаружение ошибок в богослужебных книгах и разностей в обрядах. Попытка исправления их. 45. Просвещение христианством Казани и Астрахани. 46. Митрополит Филипп II. 47. Патриаршество в России. Патриархи Иов и священномученик Ермоген. 48. Заслуги Троице-Сергиевой Лавры во время самозванцев. 49. Патриарх Филарет. 50. Патриарх Никон. 51. Труды патриарха Никона по исправлению богослужебных книг и обрядов. 52. Возникновение раскола. Открытое появление его в Русской Церкви. 53. Распадение раскола на толки. 54. Состояние Православия на Юго-Западе. Литовская уния. Митрополит Петр Могила. Подчинение Киевской митрополии Московскому патриарху.

55. Учреждение Святейшего Синода. 56. Духовные школы. 57. Учреждение миссий. Русская миссия в Америке. 58. Единоверие. 59. Прекращение унии. 60. Современное русское сектантство. 61. Святители Димитрий Ростовский, Митрофан и Тихон Воронежские, Феодосий Черниговский, Иоасаф Белгородский, преподобный Серафим, подвижник Саровский. 62. Замечательные деятели в истории Русской Церкви и двигатели богословской науки за последние два века.

История Церкви есть связанное и последовательное повествование об ее начале, распространении, жизни и деятельности в роде человеческом.

В общем и обширном смысле история Церкви обымает все время существования человеческого рода, начиная от сотворения мира. В частном и определенном смысле она обымает время от начала Церкви собственно христианской до настоящего времени.

Основание христианской Церкви положил Господь Иисус Христос, но жизнь и деятельность ее вполне открылись в день сошествия Святого Духа на апостолов, с которого и начинается ее история. Повествование о судьбах Церкви до сего великого события более известно под именем священной истории потому, что сведения о сих судьбах почерпаются почти исключительно из священных книг Ветхого и Нового Заветов. Церковная же история только вначале своих повествований пользуется этим священным источником и затем почерпает сведения из записей и свидетельств общеисторического происхождения и значения.

Предмет истории Церкви составляет проявление благодатных сил, которые дарованы Церкви для усвоения людям спасения, постепенное распространение ее пределов и преобразование ею жизни людей, согласно учению и заповедям Христовым, борьба ее со врагами нашего спасения и победа над ними. Церковь своим спасительным влиянием проникает глубочайшие основы жизни человеческой — личной, семейной, общественной и государственной, и свет ее учения простирается во все концы жизни. В борьбе с врагами Церкви живое участие принимают силы небесные. Посему во всей полноте и глубине судьбы Церкви неизобразимы и ведомы единому Богу. Но с течением времени, более или менее ясно, обнаружились победоносные действия Церкви, обличены и поражены многие ее враги, прославились ее защитники и покровители, и все это составляет достояние ее истории.

История Церкви имеет целью представить минувшие судьбы Церкви и выяснить по возможности ту среду, в которой теперь она действует ко благу и спасению людей. Раскрытие минувших судеб Церкви укажет непреложность божественных обетований, данных Церкви ее Божественным Основателем, выяснит величие благодатных сил, действующих в Церкви, представит многочисленные примеры великих доблестей апостолов, святителей, святых мучеников и мучениц, исповедников и других подвижников веры, представит вместе и ничтожество противников Церкви, и все это должно послужить к укреплению веры, упования и любви в тех, на ком лежит еще тяжесть борьбы со врагами спасения и кто имеет еще счастье пользоваться дарами благодати, действующими в Церкви, и ее материнской охраной.

В истории христианской Церкви ясно различаются три периода, с постепенным удлинением по времени:

В течение первых трех веков по основании Церковь ведет по преимуществу внешнюю борьбу с иудейством и язычеством в могущественной и считавшейся всемирной Римской империи и утверждается в мире (34-323 гг.).

По утверждении в Римской империи Церковь в течение более пяти веков ведет по преимуществу внутреннюю борьбу с ересями и расколами и торжествует победу над ними веры православной (323-842 гг.).

По утверждении Православия начинается отделение Западной Церкви от Вселенской Церкви и постепенное искажение веры и нарушение благочиния церковного на Западе до замечаемого там в наши дни почти оскудения веры. На Православной Восточной Церкви, обуреваемой разными напастями, в течение пяти веков несущей тяжелое иго мусульманства, лежит дело охранения православной веры и установленного Вселенскими соборами благоустройства. Период сей еще не окончил своего течения, хотя, видимо, близится к концу, и неожиданное пробуждение народов Дальнего Востока знаменует новую эпоху в истории Церкви христианской православной.

С первых лет третьего периода начинается история славянских Церквей, и в частности Российской Церкви, которые Господь призвал как бы в восполнение отпадавшего от Вселенской Православной Церкви Запада и которым, видимо, намечается великая задача по охранению и распространению веры православной в последующих веках.

История Российской Церкви удобно расчленяется на три периода, наименования которым дают те стольные города, в которых сосредоточивалось ее управление: Киевский, от начала христианства на Руси до нашествия монголов, разоривших до основания древнепрестольный Киев; Московский, когда первосвятители Церкви Русской, удалившиеся с юга на север России, после кратковременного пребывания во Владимире поселились в Москве. Это период по своей продолжительности подразделяется на следующие отделы: а) от переселения митрополитов во Владимир и затем в Москву до признания самостоятельности Московского митрополита и независимости его от Константинопольского патриарха при митрополите Ионе; б) от митрополита Ионы до учреждения в Русской Церкви патриаршества; в) от учреждения патриаршества до конца периода. Третий период, от учреждения Святейшего Синода при императоре Петре I до настоящего времени, может быть назван Петербургским.

В кратком учебнике нет возможности проследить жизнь и деятельность Церкви по намеченным выше периодам ее истории. Он дает лишь отрывочные и краткие ответы на вопросы, поставленные программою.

Еще до начала крестных страданий Господь наш Иисус Христос неоднократно предварял Своих учеников о ниспослании им иного наставника — Святого Духа, а пред вознесением на небо заповедал им не расходиться из Иерусалима, пока не облекутся силою свыше. По заповеди Господней апостолы пребывали в Иерусалиме единодушно в молитве. В это время число их было восполнено избранием Матфия в апостола на место отпадшего Иуды. (Избрание Матфия совершалось так: апостол Петр предложил верующим избрать достойного на место Иуды, причем ставилось непременным условием, чтобы он был свидетелем общественного служения Господа, и особенно Его воскресения; верующие избрали двух лиц: Иосифа и Матфия; после общей единодушной молитвы жребий указал Матфия.)

В десятый день по вознесении Господнем приходились два праздника: иудейский — Пятидесятница и христианский — Воскресение. С раннего утра апостолы собрались вместе для молитвы. Вместе в ними, по преданию, была и Пресвятая Матерь Господа. (Праздник Пятидесятницы был установлен в память Синайского законодательства. В этот же день евреи приносили Богу начатки весенней жатвы.)

В девятом часу утра (по еврейскому счету в третьем часу) в небе послышался шум, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где находились апостолы. После сего явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них: это было знаком сошествия Святого Духа. Апостолы вдруг как бы преобразились; души их просветились, и все слова Господни припомнились им с полною ясностию и представились в новом истинном их значении. В то же время они приобрели бодрость и мужество к проповеданию святой веры и сделались готовыми положить за нее свою жизнь. Вместе с сим они получили и особые чрезвычайные пособия к проповеди, между прочим — дар языков. (Между дарованиями Святого Духа можно отличать постоянные и чрезвычайные. Святой Дух пробуждает человека от греховного усыпления и ведет к покаянию, примиряет его с Богом, возрождает, укрепляет, врачует, питание его, помогает верующему в борьбе со страстями, учит его молиться, соединяет с Богом и делает причастником вечной жизни. Это — постоянные, т.е. продолжающиеся на все времена Церкви Христовой, дарования Святого Духа. Чрезвычайные дары Святого Духа: дар языков, дар чудес и пророчеств. Они нужны были преимущественно для первоначального распространения.) Облекшись силою свыше, они тотчас и начали всенародно проповедовать о величии Божием.

Дух Святой, по обетованию Спасителя, пребывает в Церкви и пребудет до скончания века.

К празднику Пятидесятницы собрались в Иерусалиме евреи из разных стран, (рассеяние евреев началось в VIII веке до Рождества Христова, по разрушении царства Израильского, когда большая часть евреев была отведена в ассирийский плен и оттуда уже в Палестину не возвратилась. Сему же рассеянию способствовали впоследствии плен вавилонский, завоевания первое, Александра Македонского, наследников его монархии — царей сирийских и египетских, завоевания римских полководцев. Пророк Амос говорит евреям от имени Бога: "Вот Я повелеваю и рассыплю дом Израилев по всем народам, как рассыпают зерна в решете" (Ам. 9, 9). Рассеяние это послужило к распространению христианства, так как евреи всюду распространяли здравые понятия об проповеди в своих синагогах, и лучшие из евреев делались первыми их учениками. Если после некоторые из евреев и восставали против апостолов и изгоняли их из городов, то делали это уже тогда, когда семя евангельского учения было там посеяно, и самое гонение в этих случаях служило только к утверждению Церкви. Евреи, жившие в других странах, обыкновенно назывались евреями-эллинистами, или евреями рассеяния, в отличие от евреев палестинских.) а также язычники, обращенные в иудейскую веру (прозелиты). (Язычники, перешедшие в иудейскую веру, назывались прозелитами (пришельцами) правды, или прозелитами врат. Первые обрезывались и принимали все обязанности, налагаемые законом иудейским. Вторые только отказывались от идолопоклонства и обращались к вере в единого Бога. Им дозволялось быть в преддверии Иерусалимского храма, в так называемом дворе язычников.) Ходя по улицам священного города, многие из них слышали шум, которым было предварено сошествие Святого Духа, и собрались около дома, где находились апостолы. Вдруг они видят, что несколько человек, в которых по одежде и другим признакам нетрудно было узнать галилеян, вышли из дому и начали проповедовать каждому на языке его страны. Большая часть слышавших эту проповедь изумлялись, некоторые же осмелились глумиться над апостолами, говоря: "Они напились сладкого вина." Эта клевета вызвала сильное слово к обличению ее. Апостол Петр встал вместе с одиннадцатью апостолами, возвысил голос свой и возгласил: "Мужи иудейские и все, живущие в Иерусалиме, внимайте словам моим." Обличив нелепую клевету, апостол напомнил слушателям предсказание пророка Иоиля (2:28) о том, что Бог во дни Мессии в изобилии ниспошлет на верующих дары Святого Духа. Мессия есть Господь Иисус Христос. "Сего, по определенному совету и предведению Божию преданного, вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили; но Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти.., чему все мы свидетели. Итак, Он, быв вознесен десницею Божиею и приняв от Отца обетование Святого Духа, излил то, что вы видите и слышите." Слушатели умилились сердцем и спрашивали: "Что нам делать, мужи братия?" Апостол сказал им: "Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, и получите дар Святого Духа." Многие со всем усердием приняли слова апостола, и крестилось в этот день около трех тысяч человек. И они постоянно пребывали в учении апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах.

Вскоре после праздника Пятидесятницы апостолы Петр и Иоанн шли в храм для молитвы в девятый, по-нашему — в третий час пополудни. (Час смерти Господа нашего Иисуса Христа.) При вратах храма сидел нищий, хромой от рождения, и, протянув к апостолам руку, просил у них милостыни. Апостол Петр сказал ему: "Серебра и золота нет у меня, а что имею, то даю тебе: во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи," — и, взяв его за правую руку, поднял. И вдруг укрепились его ступни и колена, и, вскочив, он начал ходить и вошел вместе с ними в храм. Множество народа в изумлении от этого великого чуда сбежалось в притвор, называемый Соломоновым. Здесь апостол Петр произнес вторую проповедь о воскресшем Господе и приобрел ею еще пять тысяч человек. Так положено было начало Церкви христианской среди иудеев и прозелитов в Иерусалиме.

Первые христиане ежедневно собирались в храм и слушали проповедь апостолов, а в дни воскресные собирались по домам для совершения евхаристии. Все они были связаны такой любовью, как бы у них были одно сердце и одна душа. Многие продавали свои имения и полученные за них деньги приносили к апостолам для раздачи нуждающимся. Так, между прочим, Иосия, левит, родом кипрянин, продав свою землю, положил деньги к ногам апостолов и, может быть, за этот подвиг любви получил от них наименование Варнавы — сына утешения.

Некто Анания и жена его Сапфира сочли себя вынужденными последовать общему примеру, продали свое имение и принесли деньги к апостолам, но часть их утаили. Апостол Петр сказал: "Анания, для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль Святому Духу и утаить из цены земли? Чем ты владел, не твое ли было, и приобретенное продажею не в твоей ли власти находилось? Ты солгал не человекам, но Богу." По слову апостолов, оба они были поражены смертью.

Апостолы творили многие и великие чудеса. Больных выносили на улицу и полагали на постели, дабы хоть тень проходившего Петра осенила кого из них, и все больные и бесноватые исцелялись силой Божией через святых апостолов. Это обилие даров благодати возбуждало в верующих благоговейный страх и вместе радость и веселье. Они старались в своих семейных и общественных отношениях исполнять требования закона Христова по возможности во всей их широте, и на все времена оставили образец жизни христианской. Высокие добродетели первенствующих христиан возбуждали к ним великое уважение со стороны народа, и число верующих ежедневно умножалось.

В среде первенствующих христиан были евреи палестинские и евреи-эллины. Эти последние возроптали на палестинских евреев за то, что их вдовы при раздаче пособий будто бы менее получили, чем вдовы первых. По сему поводу апостолы предложили верующим избрать семь благочестивых мужей, чтобы они заведовали раздачей приношений нуждавшимся. Предложение было одобрено, избраны были семь мужей, и апостолы с молитвой возложили на них руки и низвели благодать Святого Духа. Таким образом возникла первая священная степень — диаконов ("диакон" значит "служитель").

Главною обязанностью диаконов было заведовать раздачею благотворительных пособий бедным, но они были также ближайшими помощниками апостолов и в деле проповеди, и при совершении таинств. В особенности даром слова и силою чудес отличался первый из числа избранных, архидиакон Стефан.

Как только начала распространяться Церковь, явились у нее враги в лице неверовавших иудеев. Начальники иудейские взяли апостолов Петра и Иоанна из храма (после проповеди по случаю исцеления хромого) и замышляли даже умертвить их, но уважаемый всеми законоучитель Гамалиил остановил собратий. "Если это предприятие от человеков, — сказал он, — то оно разрушится; если же от Бога, то вы не можете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказаться и богопротивниками." Начальники иудейские ограничились на сей раз только тем, что били апостолов и строго воспретили им проповедовать об Иисусе Христе. Страдание сие апостолы перенесли с радостью и продолжали проповедовать в храме и по домам. Вскоре, однако, вновь разгорелась злоба иудеев. Жертвой ее был святой архидиакон Стефан.

Стефан проповедовал в одной из иерусалимских синагог. Здесь вступили с ним в спор некоторые из иудеев-эллинистов, но не могли противостоять мудрости его и силе Святого Духа, действовавшего через его слово. Тогда они стали обвинять Стефана в том, будто бы он произнес хульные слова против Моисея и даже Самого Бога, нашли ложных свидетелей и предали его суду. Когда ввели святого Стефана в судилище, то все с удивлением смотрели на его лицо: оно сияло, как лицо ангела. В пространной речи святой Стефан объяснил, как он почитает священные лица и учреждения Ветхого Завета, но словами самих пророков он доказал, что сей Завет должен прекратиться и уступить место Новому, совершеннейшему Завету. В заключение своей речи он обличил иудеев в том, что как отцы их убивали пророков, так и они умертвили Господа Иисуса Христа, предвозвещенного пророками. Члены судилища рвались своими сердцами и скрежетали зубами. В эти тяжкие минуты Господь подкрепил Своего исповедника радостным видением. "Вот, я вижу, — воскликнул святой Стефан, — небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога." Иудеи громко закричали и, затыкая свои уши, чтобы не слышать праведника, устремились на Стефана, вывели его за городские ворота и здесь побили камнями, как бы богохульника. Лжесвидетели, по требованию закона, первые должны были бросить камни, и они для удобства скинули свои одежды и сложили их у ног некоего юноши — Савла. Этот юноша одобрял убийц. Святой же первомученик молился среди своих страданий и говорил: "Господи Иисусе, приими дух мой." Наконец громко воскликнул: "Господи, не вмени им греха сего!" — и засим почил. Благоговейные мужи взяли тело его и с плачем великим похоронили.

Убиением Стефана и многих других верующих иудеи не ослабили успехов веры; напротив, еще более способствовали ее распространению. Христиане, до сих пор пребывавшие в Иерусалиме, рассеялись по Иудее, Самарии и другим странам, и везде, куда ни приходили, проповедовали о Господе Спасителе.

Один из семи диаконов, Филипп, проповедовал в Самарии. Слыша слово Филиппа и видя чудеса его, многие из самарян уверовали и крестились. Но так как Филипп мог преподавать веровавшим одно только таинство крещения, то из Иерусалима были посланы в Самарию апостолы Петр и Иоанн. Они возложили руки на новокрещеных и преподали им дары Святого Духа (т. е. совершили над ними второе таинство, которое теперь совершается чрез помазание святым миром). (В числе крещенных Филиппом был некто Симон, который пред этим занимался волшебством и изумлял самарян, выдавая себя за кого-то великого. Видя, что чрез возложение апостольских рук подаются дары Святого Духа, Симон принес апостолам денег и просил их продать ему власть низводить Святого Духа. Апостол Петр сказал ему: "Серебро тоже да будет в погибель с тобою, потому что ты помыслил дар Божий получить за деньги," — и убеждал его покаяться в своем грехе. Симон убоялся, просил молитв у апостола; но раскаяние его было не искренне. Впоследствии он сделался еретиком, врагом Церкви, и был одним из виновников мученической кончины апостола Петра. По имени Симона грех духовного святокупства называется симонией.)

После обращения самарян Филипп, по наставлению ангела, пошел на дорогу, идущую из Иерусалима в Газу (т. е. в сторону от Иерусалима, противоположную Самарии). По этой дороге возвращался из Иерусалима знатный эфиопский вельможа. (Поэтому заключают, что он был одним из иудейских прозелитов.) Сидя в своей колеснице, он читал книгу пророка Исайи, и именно то место в ней, где предсказывалось о страданиях Господа Спасителя (Ис. 53:7-8). Филипп, по внушению от Святого Духа, подошел к колеснице и спросил вельможу: "Разумеешь ли, что читаешь?" Тот отвечал: "Как я могу разуметь, если кто не наставит меня," — и попросил Филиппа взойти в колесницу и сесть с ним. Филипп проповедовал ему о Господе Иисусе Христе, и тот сам попросил крещения. Филипп сошел с ним в воду и крестил его. Как только вельможа вышел из воды, он удостоился даров Святого Духа (не чрез возложение апостольских рук, а особенным чрезвычайным способом). В то же самое время ангел восхитил Филиппа, так что он мгновенно сделался невидимым для вельможи и оказался в Азоте. Вельможа продолжал свой путь с великой радостью и, без сомнения, старался потом о распространении святой веры в своей отдаленной стране.

Диакон же Филипп проповедовал в Азоте и других городах, встречавшихся на пути до Кесарии.

В то время, как вера христианская распространилась среди иудеев и самарян, Господь Иисус Христос особенным, чрезвычайным образом призвал великого апостола для проповеди язычникам. Это был Савл, еврей из города Тарса. Наделенный от природы необыкновенными дарованиями, Савл первоначальное образование получил в родном своем городе, а для окончательного образования был послан в Иерусалим. Здесь он слушал знаменитого законоучителя Гамалиила и скоро усвоил себе всю иудейскую премудрость. Хотя сам Гамалиил отличался благоразумием и беспристрастием, но Савл, по своей молодости и пылкости характера, увлекся мнением большинства фарисеев относительно христиан и думал, что угодит Богу, когда будет их гнать (Ин. 16:2). В этом заблуждении юноша Савл принял участие в убиении первомученика Стефана и после не переставал гнать христиан в Иерусалиме. Но вот он слышит, что, несмотря на гонение, святая вера не уничтожается, и что многие из евреев приняли ее в Дамаске (столице Сирийского царства, сопредельного с Иудеей). Тогда он берет полномочие от первосвященника и отправляется туда, чтобы разыскивать христиан и отсылать их в Иерусалим.

Когда Савл был уже вблизи Дамаска, внезапно осиял его сильный свет с неба. Он упал на землю и слышит голос: "Савл! Савл! Что ты гонишь Меня?" – "Кто ты, Господи?" — воззвал Савл. "Я Иисус Назорей, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна!" Савл в трепете и ужасе воскликнул: "Господи, что мне повелишь делать?" Ему велено было идти в город и там ожидать себе наставления. Савл поднялся с земли: глаза у него были открыты, но он ничего не видел. Тогда спутники (они слышали голос, а никого не видали и сами были в оцепенении от ужаса) взяли его за руку и повели в Дамаск. Три дня провел Савл в посте и молитве, углубился в самого себя, познал бедность души своей и всем сердцем возжелал просвещения и спасения.

В Дамаске находился в это время один из семидесяти учеников Господних Анания. Господь явился ему в видении и повелел идти к Савлу и крестить его. "Господи, — сказал Анания, — я слышал от многих, сколько зла сделал, этот человек святым Твоим в Иерусалиме." – "Иди, он есть Мой избранный сосуд," — сказал ему Господь. Анания пошел к Савлу, сказал ему о воле Господней и возложил на него руки: тотчас как бы чешуя отпала от глаз Савла. Он прозрел, встал, крестился и тотчас же начал проповедовать в синагогах о Господе Спасителе. Увидя такую перемену в Савле, евреи хотели умертвить его и день и ночь выжидали его у ворот. Христиане однако нашли возможным спасти Савла, спустив его ночью со стены в корзине.

Из Сирии Савл не возвратился в Иерусалим, а пошел в Аравию, где пробыл три года. Здесь в строгом уединении, близ священных для иудея гор Синая и Хорива, путем самоуглубления и молитвы, при действии всесильной благодати Божией он совершенно преобразился и из ревнителя буквы закона сделался великим провозвестником евангельской истины. Из Аравии он возвратился в Дамаск и оттуда уже отправился в Иерусалим. Здесь он сблизился с апостолом Петром как призванный, подобно ему, от Самого Господа Иисуса Христа и полномочный апостол.

Савл горел желанием пострадать за Христа в этом городе, где он так недавно гнал Церковь, и горячо молился об этом в Иерусалимском храме, но Господь еще раз явился ему и сказал: "Выйди скорее из Иерусалима, потому что здесь не примут твоего свидетельства о Мне. Я пошлю тебя далеко к язычникам." Так от Самого Господа указано было Савлу и поприще для апостольского труда. Савл на время удалился в свой родной город Тарc.

Между тем дверь в Церковь была уже открыта язычникам, и открыл ее тот же апостол Петр, который положил начало Церкви среди иудеев.

Посещая верующих, рассеявшихся в Палестине, апостол Петр пришел в город Иоппию (ныне Яффа, на берегу Средиземного моря) и остановился в доме одного кожевника по имени Симон. Около шестого часа (шестой, по-нашему двенадцатый, час пригвождения Господа Спасителя ко кресту) он вышел на верх дома и там молился, после чего почувствовал сильный голод и впал в исступление. (Под значением исступления должно разуметь необычайное возбуждение и восхищение человеческого духа, в котором он как бы выступает из границ и условий существования в теле. Апостол Павел, говоря о некоем человеке, восхищенном в рай, прибавляет: "В теле ли он был, вне ли тела. Не знаю, Бог знает" (2 Кор, 12:2-3).) И вот он видит отверстое небо и оттуда нисходящий к нему некоторый сосуд, как бы большое полотно, привязанное за четыре угла и опускаемое на землю. В нем находились всякие (т. е. и недозволенные для употребления в пищу законом Моисея) четвероногие звери, пресмыкающиеся и птицы. Как только сосуд спустился к апостолу, он слышит голос: "Встань, Петр, заколи и ешь." Петр сказал: "Нет, Господи, я никогда не ел ничего скверного или нечистого." Тогда в другой раз был голос неба: "Что Бог очистил, того ты не почитай нечистым." Это повторилось трижды, и сосуд опять поднялся на небо.

В эти минуты вдруг раздался у ворот дома голос: "Здесь ли Симон, называемый Петром?" А Святой Дух внушил Петру: "Вот три человека ищут тебя: встань, иди с ними, нимало не сомневаясь." Оказалось, что посланные были от Корнилия, римского сотника в Кесарии. (Кесария — город на берегу Средиземного моря, верстах в 43-45 от Иоппии. Город этот построен Иродом Великим и был резиденцией римских прокураторов. В это время (41-44 гг.) римского прокуратора в Иудее не было, а управлял ею внук Ирода Великого — Ирод Агриппа. Римляне, однако, считали необходимым держать здесь отряд особенно доверенного войска (полк италийский) для охранения интересов империи и, в случае нужды, для помощи самому Ироду Агриппе против враждебных иудеев. Начальником этого охранного войска был Корнилий, происходивший из древней патрицианской фамилии.) Это был человек благочестивый и богобоязненный со всем домом своим, творил много милостыни и усердно молился Богу. Около девятого часа (девятый час по еврейскому счету от начала дня соответствует нашему третьему пополудни. Христиане издревле посвящали этот час молитве, потому что в этот час Господь на кресте предал дух Свой Богу Отцу) Корнилий ясно видел ангела, который сказал ему: "Корнилий, молитвы твои и милостыни пришли на память пред .Богом. Итак, пошли и призови Симона, называемого Петром; он скажет тебе слова, которыми спасешься ты и весь дом твой." Тогда Петр понял, что Господь не велит ему пренебрегать язычниками, и отправился в Кесарию.

В доме Корнилия между тем собрались родственники и друзья его. Апостол начал проповедовать им о Господе Спасителе и заметил, что еще во время проповеди Святой Дух сошел на них, так как они стали говорить разными языками. Тогда Петр сказал: "Кто может запретить креститься водою тем, которые, как и мы, получили Святого Духа?" (Как бы так рассуждает апостол: "Если они получили благодать, сообщаемую во втором таинстве, то как же я могу отказать им в благодати первого таинства?" Колебание святого апостола понятно; это был первый шаг в обращении к Церкви язычников. Действия апостола возбудили в среде христиан из евреев много толков и недоразумений, пока не выяснилось, что такова была воля Господня.) И велел им креститься.

Спустя несколько времени по обращении Корнилия дошел до иерусалимских христиан слух, что в Антиохии Сирийской, богатом и многолюдном городе, появились христиане из язычников. (Начало Церкви здесь, вероятно, положили христиане из евреев-эллинистов и прозелитов, пришедшие из Иерусалима по убиении святого Стефана.) Апостолы для утверждения Церкви послали туда Варнаву, а Варнава пригласил Савла. В течение целого года они проповедовали в Антиохии и основали здесь великую и славную Церковь. Здесь в первый раз верующие стали именоваться христианами.

В конце года пришли в Антиохию христиане из Иерусалима, обладавшие даром пророчества. Один.из них, по имени Агав, предсказал о наступлении повсеместного голода, который действительно и был при императоре Клавдии. При этом предсказании возгорелась любовь христиан антиохийских к иерусалимским. Каждый из них пожертвовал по своему достатку, и послали в Иерусалим пособие с Варнавой и Савлом (пример общения Церквей). По возвращении же их Дух Святой внушил некоторым учителям Церкви Антиохийской: "Отделите Мне Варнаву и Савла на дело, к которому Я их призвал." Тогда они, совершив пост и молитву и возложив на них руки (в знак любви и благожеланий), отпустили их. Вместе с ними пошел племянник Варнавы Марк.

Свою апостольскую проповедь Варнава и Савл начали с острова Кипра. Кипр был родиной Варнавы. Здесь они начали путь с Саламина и дошли до Пафоса, т. е. прошли весь остров. В Пафосе жил римский проконсул Сергий Павел — муж разумный. Он пожелал слышать проповедь апостолов, но успеху ее препятствовал иудейский волхв Елима. Тогда Савл, он же и Павел, поразил Елиму слепотою, и Сергий Павел уверовал учению Господню. С этих пор Савл именуется более Павлом и является первенствующим пред Варнавою. (Можно полагать, что полнота и сила дарований Святого Духа, явленная Павлом в обращении римского проконсула, указали в нем главного апостола языков и поставили его выше Варнавы. Имя Павла он усвоил себе или в благодарное воспоминание об этом великом успехе проповеди, или по значению этого слова, которое благоприятствовало великому смирению первоверховного апостола (рагvus — малый); по мнению некоторых, он и ранее сего имел это римское имя, только среди иудеев не употреблял его, а стал употреблять после того, как окончательно вступил на поприще проповеди язычникам.)

С острова Кипра апостолы отправились в Малую Азию. В начале этого нового пути племянник Варнавы Марк отстал от апостолов и возвратился в Иерусалим. Апостолы же дошли до Антиохии, главного города в Писидийской области.

Проповедь апостолов в Антиохии дает понятие о том, как заранее Промыслом Божиим подготовлены были для нее благоприятные условия и как большей частью велась она. Здесь была колония иудейская и синагога в ней. Апостолы могли найти себе приют у своих земляков и начали проповедь с синагоги. Проповедовал Павел и произвел сильное впечатление на слышавших. Многие из иудеев и прозелитов уверовали.

Слух о новых проповедниках разнесся по городу, и в следующую субботу едва не весь город собрался в синагогу послушать слово Божие. Некоторые из иудеев, по зависти к великому апостолу, стали противоречить ему и возбуждать против него народ. Тогда апостолы смело обличили своих противников и сказали им: "Вам первым надлежало быть проповедану слову Божию; но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот мы обращаемся к язычникам." Язычники, слыша это, радовались и прославляли слово Господне; и оно распространялось по всей стране. Иудеи же, подстрекнув набожных и почтенных женщин и первых в городе людей, воздвигли гонение на Павла и Варнаву и изгнали их из своих пределов. Но семена веры в той стране уже были посеяны.

Из Антиохии апостолы пошли в Иконию. Здесь также они проповедовали в синагоге, обратили к вере много иудеев и эллинов, и также некоторые из неверующих иудеев восстали против апостолов и возбудили язычников. Дело дошло до того, что неверовавшие иудеи и язычники с своими начальниками устремились на апостолов, чтобы посрамить их и побить камнями. Узнав о сем, апостолы удалились в Ликаонский город Листру.

В Листре с особым вниманием слушал проповедь Павла некоторый муж, не владевший от самого рождения ногами. Увидев, что он имеет веру, чтобы быть исцеленным, Павел именем Господа Иисуса Христа велел ему встать, и хромой тотчас встал и начал ходить. Суеверные язычники, увидев это чудо, приняли апостолов за богов: Павла за Меркурия (по мифологии — вестник воли богов), Варнаву за Юпитера, и тотчас же явился жрец с волами и венками, чтобы вместе с народом принести им жертву. Услышав об этом, апостолы разодрали свои одежды и, бросившись в народ, воскликнули: "Мужи! Что это вы делаете? Мы подобные вам люди и благовествуем, чтобы вы от сил ложных (богов) обратились к Богу живому." Едва могли они остановить народ и убедить его разойтись. Между тем пришли из Антиохии враждебные апостолам евреи и возбудили народ против Павла. Апостола побили камнями и, вытащив за город, почитали уже умершим, но, Божией помощью, он встал и возвратился в город, а на другой день вместе с Варнавой отправился далее.

Проповедав веру в Дервии и приобретя довольно учеников, апостолы мужественно предприняли обратный путь чрез те же города, где проповедовали веру и претерпели гонение, для того, чтобы ободрить и укрепить в вере новообращенных христиан.

В каждой основанной ими Церкви апостолы рукополагали пресвитеров, которым поручали пасти Христову Церковь и распространять веру. Это была вторая священная степень. Название "пресвитер" (значит "старейший") показывает, что в эту должность апостолы избирали старейших или по возрасту, или по времени обращения, как более опытных и надежных, для того, чтобы они могли быть руководителями других. Наконец, не заезжая на остров Кипр, апостолы возвратились в Антиохию Сирийскую.

По возвращении апостола Павла в Антиохию пришли туда некоторые христиане из иудеев и начали учить христиан, обратившихся из язычников: "Если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись." По сему поводу произошло разногласие и немалое состязание с ними у Павла и Варнавы. Возник вопрос трудный, грозивший разделением Церкви: нужно ли христианам соблюдать обрядовый закон Моисеев? Для разрешения его антиохийские христиане обратились к апостолам и пресвитерам в Иерусалиме, а они по заповеди Спасителя (Мф. 18:17) собрались вместе для рассмотрения сего дела.

По долгом (предварительном) рассуждении апостол Петр сказал, что его первого Бог избрал для проповеди язычникам и, "очистив сердца их верою, даровал им Святого Духа, как и нам: что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы?" Варнава и Павел рассказали, со своей стороны, какие знамения и чудеса Бог сотворил через них среди язычников. В заключение говорил святой апостол Иаков, и слова его как бы выразили решение (резолюцию) собора.

Апостольский собор освободил христиан от соблюдения обрядового закона Моисеева и внушил им ревностно заботиться об исполнении нравственного закона, сущность которого была выражена в следующих словах: "Чтобы не делать другим того, чего сами себе не желаете." Решение собора было изложено письменно, запечатлено словами: "Изволися Духу Святому и нам" — и послано с доверенными лицами (Силой и Иудой, имевшими дар пророчества) в Антиохию. (Решение апостольского собора, вполне согласное с заключительною речью апостола Иакова, буквально следующее: "Угодно Святому Духу и нам не возлагать на вас никакого бремени более, кроме сего необходимого: воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удавленины, и блуда, и на делать другим того, чего себе не хотите" (Деян. 15:28-29). Воздерживаться от крови и удавленины — это закон обрядовый, но не Моисеев, а древнейший — Ноев, данный всем людям, а не иудеям только (Быт. 9:4), который посему и не отменен наравне с другими обрядовыми законами Моисея. О блуде особенно упоминается потому, что многие язычники легко смотрели на этот порок и не почитали его противным нравственности: поэтому апостолы и сочли необходимым воспретить его особенным правилом.)

Апостолу Иакову предоставлено было последнее решающее слово и как бы председательство на соборе, хотя он был не из 12, а из 70 апостолов. Такое значение, как думают, было предоставлено ему как предстоятелю местной Иерусалимской Церкви. В такое достоинство апостол, по преданию, возведен был Самим Господом Иисусом Христом, явившимся ему по воскресении. Здесь видим начало третьей высшей священной степени — епископа. Чрез епископов в особенности продолжается в Церкви служение апостольское: им принадлежит право рукополагать в священные степени, учить и судить в Церкви.

Перед началом второго путешествия произошло разделение между апостолами Павлом и Варнавою. Варнава хотел взять с собой своего племянника Иоанна-Марка, но Павел на это не согласился. Это, впрочем, нисколько не нарушило дружеских отношений Павла к прежним спутникам (Кол. 4:10), а разделение труда только послужило к большему успеху проповеди. Варнава с Марком отправились на остров Кипр, а Павел, взяв с собою Силу, пошёл посетить Церкви, основанные в Малой Азии (в Дервии, Листре, Иконии и Антиохии Писидийской).

После сего апостол Павел предполагал проповедовать в других областях Малой Азии, но Дух Божий указал ему иной путь. В приморском городе Троаде после молитвы ночью было апостолу видение, а именно: предстал пред ним некий муж македонянин и просил его: "Приди в Македонию и помоги нам." Павел понял, что Господь призывает его для проповедования в стране Македонской. Здесь были основаны им Церкви в Филиппах, Фессалониках, или Солуни, и Верии, после сего в знаменитых городах Греции: Афинах и Коринфе. Сотрудниками его были, кроме Силы, Лука и Тимофей.

В Филиппах апостол изгнал злого духа из одной служаники-прорицательницы. Господа ее, получавшие большой доход от охотников узнавать будущее, обвинили Павла и его спутника Силу в проповедовании новой, недозволенной законами римскими веры, и начальники, не разобрав дела, велели их бить и посадить в темницу. Ночью Павел и Сила встали для молитвы. Скорбная темница огласилась звуками христианских песнопений. Узники слушали их в немом благоговении. Вдруг сделалось великое землетрясение, так что поколебалось основание темницы, отворились двери, и у всех узы ослабели. Темничный страж, пробудившись и увидев, что двери темницы отворены, извлек меч и хотел умертвить себя. Но Павел громко воззвал к нему: "Не делай себе никакого зла, мы все здесь!" Страж потребовал огня, вбежал в темницу и в трепете припал к ногам Павла и Силы: "Господа мои! Что делать мне, чтобы спастись?" – "Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой," — сказали ему апостолы. Страж пригласил их к себе, омыл раны их и немедленно крестился сам и домашние его. На другой день начальники городские, одумавшись, прислали темничному стражу приказание отпустить апостолов; но Павел сказал: "Нас, римских граждан, (апостол Павел имел важное в то время право римского гражданина) без суда всенародно били и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают?! Нет, пусть придут и сами выведут нас." Начальники испугались, пришли в темницу, извинились перед апостолами и просили их удалиться из города.

В Солуни апостолы имели великий успех в проповеди, но много потерпели от неверовавших иудеев.

В Верии иудеи оказались благомысленнее солунских: они с усердием выслушали проповедь апостолов и тщательно рассматривали священные книги, согласны ли они со словами апостольскими. И многие из них уверовали. Много также было уверовавших знатных греков, мужчин и женщин.

Прибыв в Афины, апостол Павел возмутился духом при виде множества идолов. Он проповедовал сначала в иудейской синагоге, потом ежедневно беседовал на площади со встречавшимися. Некоторые из эпикурейских и стоических философов вступали с ними в ученые споры. (Эпикурейцы (так называемые по имени философа Эпикура) отличались неверием: "Богов или нет совсем, — учили они, — или они только праздные и беспечные зрители мира; все на свете зависит от случая; душа человека исчезает вместе со смертью тела; цель жизни — удовольствие." Таким мудрецам, конечно, не могла нравиться проповедь о Распятом на кресте. Стоики (так называвшиеся от столбов того здания, где учил основатель их школы, философ Зенон) учили, что весь мир есть живое вещество; душа человеческая — это будто бы переходящая часть, или проявление всемирной души божества. Самое высшее в человеке — это рассудок. Кто действует по соображениям рассудка, тот добродетелен и должен быть при всех случайностях покоен и счастлив. Гордость стоиков также противна духу Евангелия, как и распущенность эпикурейцев.) И одни с пренебрежением спрашивали друг друга об апостоле: "Что хочет сказать этот суеслов?" Другие также полупрезрительно говорили: "Кажется, он проповедует о чужих божествах." Однако же проповедь апостола многим показалась достойною внимания, и его пригласили в Ареопаг. (Ареопаг — с греческого значит холм Ареса — бога войны. Здесь находилось высшее судебное место, наблюдавшее за исполнением законов, за нравами, за богослужением.) Здесь апостол пред глазами образованного мира сказал речь, которая в полной мере показывает величие дарований его и естественных, и благодатных, и на все времена служит образцом христианской проповеди.

"Афиняне, — воскликнул Павел, — по всему вижу, что вы как бы особенно набожны; ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: "Неведомому Богу." Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам. Бог, сотворивший мир и все, что в нем, будучи Господом неба и земли, не в рукотвореных храмах живет и не требует служения рук человеческих, как бы имеющий в чем-либо нужду, Сам дая всему жизнь, дыхание и все... От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитания, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас, ибо мы Им живем, и движемся, и существуем, как некоторые из ваших стихотворцев говорили: "Мы Его и род." Если же мы род Его, то не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого." После сего апостол раскрывает пути Божественного Промысла относительно язычников: "Доселе Бог оставлял людей самим себе и попускал быть временам неведения, теперь всем людям повсюду повелевает покаяться." Спасение всем возвещается от имени Господа Иисуса Христа, Которого засвидетельствовал и прославил Бог, воскресив Его из мертвых. И тех, кто не воспользуется вестью спасения, ожидает суд Господень чрез сего же великого предопределенного Им Мужа.

Некоторые из слушателей (вероятно, эпикурейской школы) при словах апостола о воскресении мертвых не могли скрыть своего неверия и позволили себе смеяться над проповедником истины. Другие говорили: "Об этом послушаем тебя в другое время." Впрочем, слова апостола нашли и добрую почву. Некоторые тут же уверовали и присоединились к апостолу. В числе их был Дионисий Ареопагит (т. е. член верховного судилища), знаменитый впоследствии учитель Церкви, епископ и мученик.

В особенности святой апостол потрудился в Коринфе, жители которого отличались, с одной стороны, образованностью и утонченной светскостью, с другой — крайней распущенностью. Апостол остановился в доме иудеев Акилы и Прискиллы. Это было очень благочестивое семейство (домашняя церковь, как впоследствии наименовал его апостол). Занятием их было делание палаток. Эти палатки, вроде ширм, употреблялись при остановках во время путешествий для защиты от солнечного зноя. Апостол знал это ремесло и помогал своим гостеприимным хозяевам, поэтому не был никому в тягость и питался от трудов рук своих. Каждую субботу в синагоге он проповедовал о Господе Спасителе. Многие из евреев и прозелитов уверовали, но большая часть евреев противилась его учению и злословила апостола. "Кровь ваша на главах ваших: я чист; отныне иду к язычникам," — сказал апостол враждебным ему евреям и открыл собрание в доме обращенного из прозелитов некоего Иуста. Господь явился ему и сказал: "Не бойся, говори, не умолкай. Я с тобою, и никто не сделает тебе зла." Трудами апостола основана в Коринфе такая Церковь, которая славою своею превзошла даже антиохийскую. Из Коринфа апостол отправился в Иерусалим на праздник, как некоторые думают, Пятидесятницы. В конце второго путешествия апостола Павла началась письменная деятельность этого великого апостола. Из Коринфа он отправил два послания к Солунянам. (В 1-м послании апостол убеждает солунян быть твердыми при всех гонениях и страданиях и ожидать второ-го пришествия Христова для своего утешения и укрепления в своей жизни. Во 2-м послании апостол, между прочим, открывает признаки второго пришествия Христова.)

Во время третьего путешествия апостол Павел, посетив, по обычаю, основанные им малоазийские Церкви, долгое время (около трех лет) оставался в городе Ефесе. Это был многолюдный и торговый город. Здесь был знаменитый храм Дианы, считавшийся одним из семи чудес света. Отсюда по всему языческому миру разносились статуэтки этого храма и разные волшебные записки, служившие амулетами.

Своей неустанной проповедью, сопровождаемой чудесами, апостол подорвал язычество в самом корне. Волшебники принесли к нему свои тайные книги, ценившиеся очень дорого (50 000 драхм — более 10 000 руб. серебром), и сожгли их перед его глазами. Успех апостольской проповеди был замечен ремесленниками, которые делали модели храма богини Дианы и торговали ими, потому что торговля их начала падать, и модели уже не требовались в таком количестве, как прежде. Один из них, серебряник Дмитрий, собрал подобных себе ремесленников и возмутил их против апостола. "Этот Павел, — говорил Димитрий, — не только в Ефесе, но почти во всей Асии своими убеждениями совратил немалое число людей, говоря, что делаемые руками человеческими не суть боги; а это нам угрожает тем, что не только ремесло наше придет в презрение, но и храм великой богини Артемиды ничего не будет значить, и ниспровергнется величие той, которую почитает вселенная". Выслушав речь Димитрия, ремесленники пришли в ярость и стали кричать: "Велика Артемида Ефесская!" Волнение распространилось по всему городу. Между тем мятежники схватили сотрудников Павловых (Гаия и Аристарха) и устремились к зрелищу (с целью возбудить народ против них и потребовать растерзания их зверями). Павел хотел выйти к народу, но ученики, а также начальники асийские (асиархи — распорядители религиозных церемоний и зрелищ. Они избирались советами асийских городов, и в своей должности были как бы доверенными императора, верховного первосвященника) не допустили его до явной опасности. Благоразумная речь блюстителя порядка к мятежной толпе, утишила волнение. Апостол убедился, что христианство утвердилось в этом городе, и счел возможным удалиться из него.

По утверждении Церкви в Ефесе апостол около года употребил на посещение Церквей, основанных во время второго путешествия по Македонии и Греции, и отправился в Палестину.

На обратном пути он остановился в приморском городе Милите, куда вызвал пресвитеров из Ефеса и где имел с ними трогательное прощание. Он убеждал их бодрствовать и пасти Христово стадо, указывал на свой пример, как он служил Господу со всем смирением, со многими слезами, не брал ни от кого ни золота, ни серебра, а сам трудился для пропитания своего и бывших с ним. При сем он сохранил для нас одно изречение Господа Спасителя, не записанное в Евангелии: "Блаженнее давать, нежели принимать." После прощального наставления апостол преклонил свои колена и со всеми верующими помолился. Ефесяне обнимали и целовали апостола и проливали горькие слезы. В особенности тронуло их сказанное в речи апостола слово, что они более уже не увидят его. И проводили его до корабля.

Во время третьего путешествия апостол Павел написал следующие послания: к Галатам, два к Коринфянам и к Римлянам (В Галатии явились иудействующие христиане, которые, вопреки определению апостольского собора, желали удержать во всей силе закон Моисеев и унижали авторитет апостола Павла. В послании к ним он развивает мысль об оправдании всех, по заслугам Господа Иисуса Христа, через веру в Него, и защищает свое апостольское достоинство. В Коринфской Церкви некоторые члены разделились на партии: одни выдавали себя за учеников Аполлоса (знаменитого христианского учителя), другие за учеников апостолов Петра и Павла. Третьи за учеников Самого Иисуса Христа, без посредства кого-либо из апостолов. Некоторые, по старой привычке, предавались чувственности и таким порокам, которые считались гнусными даже у язычников (например кровосмешению). Иные позволяли себе присутствовать при языческих жертвоприношениях и есть идоложертвенное. Были и такие, которые надмевались полученными дарами Святого Духа и презирали менее одаренных; богатые отказывались устраивать вечери любви для бедных, а если и устрояли, то не по любви, но из тщеславия и для собственного пресыщения. Апостол Павел по поводу всех этих слухов о коринфянах отправил к ним послание с учеником своим Титом, в котором убеждает их жить в мире и достойно звания христиан. Он хотел бы сам идти в Коринф, но боится, чтобы не поступить очень строго с противниками. Во втором послании апостол изъявляет коринфянам отеческую любовь и радость об их исправлении и защищает свое апостольское достоинство против наветов лжеучителей. В послании к Римлянам он подробнее раскрывает истину об оправдании верою, проповеданную им в послании к Галатам. Все люди, как язычники, так и иудеи, грешны, подлежат суду Божию и оправдываются пред Божим даром, по заслугам Господа Иисуса Христа.)

Когда после третьего великого путешествия апостол Павел прибыл в Иерусалим, то апостол Иаков, епископ Иерусалимской Церкви, предупредил его, что иудеи крайне раздражены против него, и посоветовал ему, для смягчения этой злобы принять участие в обете известных ему четырех назореев. (Это особенное раздражение против себя апостол возбудил, во-первых, самым обращением своим из гонителя в ревностнейшего проповедника христианства; во-вторых, свободной проповедью о необязательности для христиан соблюдения обрядового закона Моисеева. Участие апостола Павла в обете назореев показало бы иудеям, что он — не такой противник закона Моисеева, каким представляли его.) Апостол Павел последовал этому совету. (Святой апостол сам во многих случаях соблюдал обрядовые законы и учил, что христиане из евреев могут продолжать соблюдение древних обрядов. Он только не принуждал язычников делаться по вере иудеями.) Семь дней, в которые назореи должны были поститься по своему обету пред принесением жертвы, уже приходили к концу, как вдруг увидели апостола особенно враждебные ему иудеи из Малой Азии и подняли страшный крик. "Мужи израильские помогите: этот человек всех повсюду учит против народа, закона и места сего; притом и эллинов ввел в храм и осквернил святое место сие." Весь город пришел в движение. Евреи схватили апостола и хотели уже умертвить его; но явился начальник римской стражи и, полагая, что это какой-либо важный преступник (пред тем временем разыскивали какого-то возмутителя Тимофея), велел сковать апостола двумя цепями и вести в темницу. Толпа неистово кричала: "Смерть ему; истреби его от земли, ему не должно жить!" При этих яростных криках евреи метали одежды и бросали пыль на воздух. (Поводом к этому последнему обвинению было то, что евреи видели в городе апостола Трофима, христианина из язычников.)

Ввиду такого страшного раздражения евреев против апостола римский начальник велел бичевать его, но апостол заявил о своем достоинстве римского гражданина. Начальник испугался, поспешил освободить его от оков и велел собраться синедриону, чтобы достоверно узнать, в чем обвиняют его иудеи. Заседание синедриона прошло в ожесточенных спорах между фарисеями и саддукеями по поводу слов апостола, что он фарисей и его судят за ожидание воскресения мертвых. Фарисеи приняли его под свою защиту, а саддукеи так раздражались против апостола, что готовы были растерзать его. В ночь после этого бурного дня Господь явился апостолу и сказал: "Дерзай, Павел; ибо как ты свидетельствовал о Мне в Иерусалиме, так надлежит тебе свидетельствовать и в Риме."

На другой день сорок евреев сделали заклятие не есть и не пить до тех пор, пока не убьют Павла. Временем для убийства назначено было, когда апостола поведут из темницы в синедрион на другое заседание. Первосвященник и старейшины вошли с ними в соглашение. Римский начальник, узнав об этом, поспешил препроводить апостола под крепкой охраной (200 пеших воинов, 70 конницы и 200 стрелков) в Кесарию, на суд прокуратора Феликса.

Феликс два года продержал апостола под стражей, надеясь получить за него выкуп от назореев, которые считались богатыми (потому что апостол участвовал в обете назореев). Однажды он пригласил Павла и со вниманием слушал, пока апостол говорил ему о вере, но как скоро он начал говорить о нравственных обязанностях — правосудии, воздержании, упомянул о будущем суде на нечестивых, прокуратор прервал его и сказал: "Пойди теперь, а когда найду время, позову тебя." Преемник Феликса, прокуратор Фест, для угождения евреям хотел выдать им апостола. Тогда Павел потребовал, чтобы дело его было перенесено на суд самого кесаря, и его отправили на корабле в Рим.

Во время путешествия в Рим апостол претерпел сильную морскую бурю. Две недели плывшие не видали ни солнца, ни звезд, потеряли всякую надежду на спасение и, ожидая с часу на час смерти, не вкушали пищи. Но вот великий апостол встает среди собрания и именем Божиим предрекает, что все спасутся, погибнет один корабль. "Ангел Бога, Которому принадлежу я и Которому служу, явился мне в эту ночь и сказал: "Не бойся, Павел, тебе должно предстать пред кесаря, и вот Бог даровал тебе всех плывущих с тобою." Через несколько времени плывшие высадились на острове Мальте, а затем Павел благополучно достиг Рима.

В Риме около двух лет производилось дело об апостоле, и он содержался под так называемою благородной и легкой стражей: жил в наемном доме под охраной одного воина и мог принимать к себе кого хотел. В течение этих двух лет он проповедовал сперва евреям, жившим в Риме, а потом язычникам и имел такой успех, что некоторые даже из дома кесарева обратились ко Христу. В то же время апостол написал четыре послания: к Филиппийцам, Колоссянам, Ефесянам и Филимону — 27]. (Первое из этих посланий называют благодарственным. Филиппийцы особенно любили Павла; два раза уже послали ему пособия Фессалоники, и теперь, узнавши, что он — узник в Риме, отправили ему богатые дары. Павел трогательно благодарил их за усердие к нему. Послания к Ефесянам и Колоссянам сходны между собою по содержанию. Апостол прославляет в них Лицо и служение Господа Иисуса Христа и предостерегает верующих от приверженности как иудейской обрядности, так и языческой философии. Филомон был богатый житель города Колосс. Его раб Онисим бежал от него, был в Риме, слушал апостола Павла и обратился к вере. Апостол Павел с великою пастырскою любовию, кротостию и смирением ходатайствует за Онисима пред Филимоном и просит принять его не как раба, но как брата своего возлюбленного.) После двухлетнего домашнего заключения Павлу дана была свобода, и он предпринял четвертое великое путешествие для проповеди, на которое указывают пастырские его послания. Одно из этих посланий указывает на посещение им острова Крита, где, для утверждения Церкви, он оставил ученика своего Тита. Апостол предоставил Титу докончить то, чего он сам не успел сделать, и поставить по всем городам пресвитеров (Тит. 1:5). Полномочия власти, данной этому ученику, превышают права пресвитеров и указывают на поставление Тита во епископа Церкви Критской.

Около 67 года по Рождестве Христовом апостол Павел вторично прибыл в Рим, проповедовал даже при дворе императора Нерона и, по древнему преданию, обратил к вере его любимую наложницу. За это был предан суду и хотя милостью Божией избавлен был, по собственному выражению его, из львиных челюстей, т. е. от съедения зверями в цирке (2 Тим. 4:16-17), однако же был заключен в узы. Во время последнего пребывания в Риме апостол Павел рукоположил для Римской Церкви двух епископов — Лина и Анаклета и написал два послания: 2-е к Тимофею и к Еврееям. (Послания 1-е к Тимофею и к Титу были посланы ранее, во время 4-го путешествия.) "Я уже становлюсь жертвою, — пишет апостол к Тимофею, — и время моего отшествия настало" (2 Тим. 4:6)

Наконец, в 67 году, июня 29, святой апостол окончил свою славную жизнь мученической смертью. Ему, как римскому гражданину, назначена была казнь благородных — усечение мечом.

Апостол Павел в послании к Галатам говорит о разделении апостольских трудов, а именно, что ему вверено было благовествование слова Божия для необрезанных, т. е. язычников, а апостолу Петру для обрезанных, т. е. иудеев. По этому первенству в благовестии Евангелия они и почтены в Церкви наименованием первоверховных. К сожалению, о жизни и трудах апостола Петра мы не имеем столь подробных сведений, как о жизни и трудах другого первоверховного апостола.

После того, как апостол Петр основал Церковь среди иудеев и язычников, он претерпел гонение от иудейского царя Ирода Агриппы. На первых порах своего царствования Ирод Агриппа повелел схватить апостола и умерщвлением его рассчитывал особенно угодить евреям, но должен был отложить свой замысел до окончания праздника Пасхи. Апостола заключили в самое внутреннее отделение темницы, и шестнадцать воинов приставлены были стеречь его. Между тем Иерусалимская Церковь усердно молилась о нем Богу, и накануне казни верующие собрались для общей церковной молитвы в доме Марии, матери Марка (впоследствии ученика Петрова и евангелиста). В эту ночь Петр, скованный цепями, спал между двумя воинами; остальные воины стояли у тройных дверей темницы. Вдруг предстал ангел Господень, и свет осиял темницу. Ангел пробудил Петра. И цепи упали с рук его. По повелению ангела Петр встал, оделся, обулся, прошел вместе с ним через все двери темницы, видел стоявших стражей и только тогда убедился, что все это было не видение, а действительность, когда ангел привел его к дому Марии и здесь стал невидим.

После апостольского собора апостол Петр был, как известно уже по преданию, в Антиохии и рукоположил здесь первого епископа Еводия. Затем проповедовал в областях Малой Азии (Понте, Галатии, Каппадокии и Асии) иудеям и прозелитам, к которым впоследствии написал свое послание. После сего проповедовал евреям, жившим в Египте, и рукоположил Марка в первого епископа для Александрийской Церкви.

Несомненно, что апостол Петр проповедовал и в Риме, но не был здесь, как некоторые думают, епископом. (Святой Ириней (епископ Лионский, живший во II веке) пишет, что Церквь Римская основана апостолами Петром и Павлом, и что они поставили для управления ею епископом Лина; преемником Лина был Анаклет, а третьим епископом был Климент, который видел еще апостолов. Первых двух, во преданию, рукоположил апостол Павел, а Климент был рукоположен апостолом Петром.) В Риме же святой апостол принял и мученическую кончину от Нерона за обличие Симона волхва, которому Нерон покровительствовал.

Есть предание, что, когда по просьбе римских христиан апостол Петр хотел удалиться из Рима, то в воротах города увидел Господа Иисуса, несущего крест, и на вопрос: "Куда, Господи, грядеши?" — услышал: "Иду второй раз пострадать в Риме." Петр принял это за вразумление свыше и сам предал себя своим гонителям. Накануне его смерти была умерщвлена пред его глазами жена его. В последние ее минуты он обратился к ней со следующими трогательными словами: "Жена, вспоминай Учителя"." Петр был распят на кресте, по собственной просьбе его, вниз головою, потому что считал себя недостойным умереть так, как умер Христос Спаситель.

Апостол Петр написал два соборных послания. (В первом он учил нас с бодростью претерпевать искушения, поступать сообразно с высоким званием христианина и веру оправдывать добрыми делами, дает наставление женам христианским, мужьям, пастырям и пасомым. Второе послание есть как бы предсмертное завещание апостола. Он предостерегает верующих от лжеучителей. Кроме того, апостол Петр оставил ясные следы своего участия в Евангелии, которое, по просьбе римских христиан, было написано сотрудником его, апостолом Марком. Ему именно приписывают, между прочим, то, что в этом Евангелии умолчано о похвале, которой удостоился великий апостол за исповедание Господа — Христом, Сыном Бога живого, и выяснены некоторые подробности троекратного отречения его от Господа. Древние называли Евангелие от Марка вместе и Петровым Евангелием.)

Апостол Павел в послании к Галатам пишет, что вместе с апостолом Петром почитались столпами Церкви Иаков и Иоанн. Святой апостол Иаков был сродником Господа по плоти (или сын Иосифа от первой жены, или сын Марии, сестры Матери Божией) и потому называется братом Господним. Господь явился ему по воскресении и, как известно по преданию, поставил его епископом Иерусалимской Церкви. Таким образом, на долю апостола Иакова выпала особенная деятельность: он не путешествовал с проповедью по разным странам, а учил и священнодействовал в Иерусалиме, имеющем столь важное значение для всего христианского мира. По этому именно значению предстоятеля Иерусалимской Церкви, как думают, ему предоставлено было и первое место (председательство) на апостольском соборе. Голос его здесь был последний, и решение, предложенное им, послужило как бы резолюцией собора. (Это обстоятельство имеет весьма важное значение ввиду притязаний католиков возвысить апостола Петра на степень главы Церкви для того, чтобы затем утвердить это главенство за Римским папой.)

Значение апостола Иакова еще более возвышала его подвижническая жизнь. Он был строгий девственник, не пил ни вина, ни сикера, воздерживался от мяса, носил одежду только льняную. Имел он обыкновение уединяться для молитвы в храм (Иерусалимский), там вставал на колени и молился о своем народе. Он так часто простирался на землю в молитве, что кожа на коленях его огрубела.

Служение апостола Иакова было труднее среди скопища самых злых врагов христианства; но он поступал с таким благоразумием и справедливостью, что его глубоко уважали не только христиане, но и иудеи, и называли опорой народа и праведником. Пребывая в должности Иерусалимского епископа около 30 лет, он распространил и утвердил святую веру в Иерусалиме и во всей Палестине. (Когда апостол Павел в последнее свое пришествие посетил Иакова, то в то время собрались к нему пресвитеры и об успехах христианской проповеди среди евреев передали ему следующими словами: "Видишь, брат, сколько тысяч уверовавших иудеев, и все они ревнители закона" (Деян. 21:20).) Многие из евреев обращались к Церкви по одному доверию к слову праведника.

При таком значении апостола иудейские начальники стали опасаться, как бы весь народ не обратился ко Христу, и решили воспользоваться промежутком времени между отъездом прокурора Феста и прибытием на его место Албина (62 г. по Р.Х.) для того, чтобы или склонить Иакова к отречению от Христа, или умертвить его. Первосвященником в это время был безбожный саддукей Анан. Апостола вывели на портик храма и, после нескольких льстивых слов, пренебрежительно спросили: "Скажи нам о Распятом?" "Что спрашиваете меня о Иисусе? — громко ответил проповедник. — Он сидит на небесах одесную Всевышней силы и снова придет на облаках небесных." В толпе оказалось много христиан, которые радостно воскликнули: "Осанна Сыну Давидову!" Первосвященники же и книжники закричали: "О, и сам праведник в заблуждении!" — и сбросили его на землю. Иаков мог еще приподняться на колени и сказал: "Господи! Отпусти им; не ведят бо, что творят." "Побьем его камнями!" — закричали враги его. Один священник из племени Рехава (рехавиты держались некоторых особых правил, завещанных им от предка их Рехава: не пили вина, не строили домов, а жили в палатках, не сея ни пшеницы, ни винограда и т.д. (Иер. 35).) начал уговаривать их: Э"Что вы делаете? Видите: праведник за вас молится." Но в эту минуту один изувер, по ремеслу суконщик, ударил своим вальком по голове апостола и умертвил его. Вместе с ним умерщвлено было много христиан.

Иудейский историк Иосиф Флавий, перечисляя причины падения Иерусалима, говорит, что Господь наказал евреев, между прочим, за убиение Иакова праведного. Апостол Иаков незадолго до своей смерти написал соборное послание. (Главная цель его — утешить и укрепить обращенных к вере иудеев в страданиях, которые предстояли им, и предостеречь их об заблуждения, будто бы одна вера может спасти человека. Святой апостол доказывает, что вера, не сопровождаемая добрыми делами, есть мертвая и не приводит ко спасению.) Предание церковное приписывает апостолу Иакову, первому епископу Иерусалимскому, еще составление древнейшего чина Божественной литургии.

Святой апостол Иоанн долгое время проповедовал только в пределах Палестины. Верный завещанию Господа, он хранил и покоил Пречистую Приснодеву, как самый преданный сын, и только по блаженном Ее успении начал проповедовать в иных местах. Блаженное успение Пречистой Богоматери последовало 15 августа (по старому стилю) 57 года по Рождестве Христовом. Архангел Гавриил, благовестивший о рождении от Нее Спасителя, был вестником предстоящей Ей блаженной кончины. Ко дню кончины чудесным образом были собраны в Иерусалиме все апостолы, кроме одного только Фомы, которые и похоронили Ее пречистое тело в Гефсиманской пещере. На третий день прибыл в Иерусалим апостол Фома, но уже не нашел Ее тела в пещере: оно было взято на небо. При этом последовало чудесное явление Богоматери, обещавшей апостолам и всему христианскому миру Свое покровительство.

В проповеднической деятельности апостола Иоанна замечается та особенность, что он избрал себе одно определенное поприще и всю энергию своего духа направил на то, чтобы искоренить здесь язычество и утвердить святую веру. Предметом его особенных попечений были семь малоазийских Церквей (в Ефесе, Смирне, Пергаме, Фиатире, Сардисе, Филадельфии и Лаодикии). Преимущественно же он жил в Ефесе. При императоре Домициане он был вызван в Рим как единственный оставшийся в живых апостол и, по приказанию этого гонителя, был брошен в кипящее масло, но сила Божия сохранила его невредимым, как трех отроков в печи огненной. Тогда Домициан сослал его на пустынный остров Патмос. Здесь Иоанн написал Апокалипсис, или Откровение о судьбах Церкви и всего мира. (Апокалипсис можно разделить на две неравные части. В начале этой священной книги апостол обращается с пророчествами к семи малоазийским Церквам, которые были предметом его особых попечений; в последующих главах заключаются пророчества о судьбе Церкви и всего Мира. Подробности пророчеств, заключающихся в Апокалипсисе, могут быть поняты только по исполнении их. Но, несмотря на эту таинственность пророческой книги, видна следующая главная мысль ее изображений: хотя змий-искуситель (диавол чрез свои орудия) всячески восстает на последователей Агнца Божия (Господа Иисуса Христа), но окончательное торжество будет на стороне истины и добра; в конце веков царство диавола будет разрушено, и настанет вечное царство Божие с Господом Иисусом Христом. Кроме Евангелия и Апокалипсиса, апостол Иоанн написал три послания: Соборное, т.е. ко всем христианам; к некоторой Кирии (или имя, или общее название госпожи); к Гаию; Последние вместе с первым также причисляются к соборным. Главная мысль сих посланий — наставление в христианской любви.)

По смерти Домициана Иоанн был возвращен в Ефес. Епископы и просветители Ефесской Церкви показали ему три книги святого Евангелия, написанные апостолами Матфеем, Марком и Лукою. Иоанн утвердил их, как несомненную истину. После сего они стали просить апостола, чтобы он изложил для них те беседы Господа Спасителя, которые они от него слышали. С другой стороны, появились в Церкви еретики, которые унижали и даже отрицали божественное достоинство Господа Спасителя, и необходимо было предохранить верующих от их заблуждений. Тогда апостол, назначив пост для Ефесской Церкви, удалился со своим учеником Прохором на гору и начертал Евангелие. (Евангелие Иоанна, в отличие от других, издревле называли духовным. Это название дано потому, что в нем преимущественно пред первыми тремя содержатся возвышенные беседы Господа о глубочайших таинствах: Троицы, искупления, воплощения, причастия (беседы с Никодимом, самарянкой, о хлебе жизни, прощальная беседа и первосвященническая молитва). Другие евангелисты начинают свои повествования с первых дней земной жизни Господа Спасителя, а Иоанн с самого начала возносит мысль верующего на высоту божественного происхождения Сына Божия от Бога Отцы: "В начале бе Слово и Слово бе к Богу и Бог бе Слово" (Ин. 1:1). Цель написания Евангелия святой Иоанн сам выражает в следующих словах: "Сие написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и веруя, имели жизнь во имя Его" (20:31). Евангелие от Иоанна характеризуется еще как Евангелие по преимуществу любви, Святой Дух в награду любви его к Господу Спасителю дал ему особо проницательный взор в тайну любви.)

О последующей деятельности святого апостола Иоанна предание сохранило несколько замечательных сведений, показывающих, какой любовью преисполнено было его сердце. При посещении одной из малоазийских Церквей Иоанн в числе слушавших его слово заметил юношу, отличавшегося необыкновенными дарованиями, и поручил особому попечению епископа. Впоследствии этот юноша сблизился с. худыми товарищами, развратился и сделался начальником шайки разбойников. Иоанн, узнав об этом от епископа, отправился в горы, где свирепствовали разбойники, был схвачен ими и приведен к начальнику. При виде апостола юноша крайне смутился и бросился бежать от него. Иоанн устремился за ним, трогательными словами любви ободрил его, сам привел его в Церковь, делил с ним труды покаяния и не прежде успокоился, как совершенно примирив с Церковью это заблудшее чадо ее. В последние годы своей жизни апостол говорил только одно наставление: "Дети, любите друг друга." Ученики спросили его: "Почему ты повторяешь одно и то же?" Апостол ответил: "Это самая необходимая заповедь; если ее исполните, то весь Христов закон исполните." Эта любовь обращалась в пламенную ревность, когда апостол встречал лжеучителей, которые развращали души слабо веровавших и лишали их вечного спасения. В одном общественном здании он встретил лжеучителя Керинфа, который отвергал божество Господа Иисуса Христа. "Пойдем скорее отсюда, — сказал апостол ученику своему, — я боюсь, как бы не обрушилось на нас это здание."

Святой Иоанн Богослов — единственный из двенадцати апостолов, умерший мирноq смертью, на сто пятом году жизни.

Святой апостол и евангелист Матфей долгое время проповедовал в Иудее и для христиан из иудеев написал Евангелие, а потом удалился на проповедь другим народам (был в Македонии, Сирии, Парфии, Персии, Мидии) и в Эфиопии принял мученическую кончину. (Повествование в Евангелии Матфея направлены преимущественно к тому, чтобы показать, что Иисус Христос есть истинный Мессия, обещанный Аврааму и Давиду, предвозвещенный пророками. Посему в начале своего Евангелия Матфей помещает родословие Господа Иисуса Христа. Затем, повествуя о событиях земной жизни Спасителя, часто указывает пророчества, которые в этих событиях исполнились (Мф. 1:22-23; 2:5-6 и мн. др.). Евангелие его было написано первоначально на еврейском языке, но в первом же веке (и, как некоторые думают, самим апостолом Матфеем) переведено на греческий язык.)

Святой апостол и евангелист Марк был спутником и сотрудником Петра и этим великим апостолом был рукоположен в епископа для Александрийской Церкви. Во время пребывания апостола Петра в Риме Марк помогал ему в деле проповеди и, по просьбе римских христиан, написал Евангелие. Он предпринимал и собственные путешествия для проповеди к берегам Адриатического моря. Венеция чтит святого Марка как своего просветителя. После многих трудов он принял мученическую кончину в Александрии от язычников в день их идольского праздника в честь Сераписа. (На Евангелии Марка видна печать духа Петрова. Главная мысль Евангелия от Марка — та, что Господь Иисус Христос есть Бог, повелитель вселенной. Евангелие Марка отличается краткостью и сжатостью речи. Повествуя по преимуществу о чудесах Господних в сильных, полных жизни и энергии очерках, евангелист представляет божественное величие Господа Искупителя. Некоторые события в жизни Господа, например, взятие Его воинами, изображает, по-видимому, как очевидец (Мк. 14:51-52).)

Святой апостол и евангелист Лука происходил из Антиохии Сирийской и до обращения ко Христу был иудейским прозелитом. Апостол Павел называет его врачом (Кол. 4:14); кроме врачебной науки святой Лука знал искусство живописи. По преданию, он написал иконы Божией Матери и апостолов Петра и Павла. Со времени второго путешествия апостола Павла он был почти неразлучным спутником и сотрудником (2 Тим. 4:10). Окончил свои подвиги мученическою смертью. Святой апостол Лука написал Евангелие и книгу Деяний апостольских. (Та и другая священные книги предназначались первоначально для Феофила знатного римлянина, жившего в Антиохии. Главная мысль Евангелия — та, что Господь Иисус Христос пришел на землю не только для иудеев, но и для язычников, и есть Спаситель всего мира. Святой Лука по преимуществу избирает такие события в жизни Спасителя и такие притчи Его, в которых видна любовь Божия к кающимся грешникам (5:27-39; 7:36-50; 14:15-24; гл. 15,16:9-14; 19:1-10; 23:39-43). Как в Евангелии от Марка заметно участие великого апостола Петра, так в евангелии от Луки видна особенная близость к учению святого апостола Павла. Книга Деяний апостольских есть как бы продолжнение Евангелия. В ней в особенности изображены труды первоверховных апостолов Петра (в начале книги) и Павла — в начале книги и с 13 гл. до конца.)

Святой апостол Иаков Зеведеев проповедовал в Иерусалиме и первый из апостолов пострадал за Христа. Иудейский царь Ирод Агриппа велел отсечь ему голову. Некто Иосия, еврей, приведший апостола на судилище, так был тронут мужеством и кротостью святого Иакова, что сам объявил себя христианином и был обезглавлен вместе с ним.

Святой апостол Иуда, по прозванию Фаддей, или Леввей, родной брат апостола Иакова, называется также братом, т. е. родственником Господа. Он проповедовал в Азии, особенно в странах Персии и Армении, и в последней принял мученическую кончину. Апостол Иуда написал соборное послание. В нем апостол предохраняет верующих от ложных учителей, которые проповедовали, что Бог не накажет людей за их пагубные увлечения и грехи.

Святой апостол Андрей Первозванный, брат апостола Петра, проповедовал по берегам Черного моря, ходил по реке Днепру и в пределы нашего отечества, благословил киевские горы, водрузил на них крест и предрек будущее просвещение России Христианской верой. В Византии рукоположил во епископа Стахия, одного из семидесяти учеников. В городе Патрах, в Ахаии, претерпел мученическую смерть.

О трудах прочих апостолов сохранились немногие и неясные сведения: апостол Филипп проповедовал в Греции, Аравии и Египте, апостолы Варфоломей и Фома проповедовали в Парфии и Индии, Матфий в Египте и Эфиопии, Иаков Алфеев в Сирии и Египте, и все приняли за Господа Иисуса Христа мученическую кончину.

Труды проповеди святые апостолы делили со своими учениками, каковы были, например, у апостола Павла — Тимофей, Силуан, Лука, Тит, Епафрас, Аристарх и другие, у апостола Петра — Марк, у Андрея — Стахий. Некоторые из них были поставлены епископами для того, чтобы они довершили недоконченное и поставили по всем городам вверенных им областей пресвитеров. Таким образом, святые апостолы еще при своей жизни приготовили себе преемников и продолжателей своего великого дела. Некоторые из ближайших учеников апостольских оставили нам письменные памятники и начинают собой ряд отцов и учителей Церкви. Таковы Варнава, спутник и сотрудник апостола Павла, Дионисий Ареопагит, Климент Римский и Ерм — ученики того же апостола, Игнатий Богоносец. Поликарп, епископ Смирнский, Папий, епископ Иерапольский, — ученики апостола Иоанна Богослова. Они называются мужами апостольскими и в особенности почитаются свидетелями апостольского предания, так как сами лично видели и слышали апостолов.

Распространению христианства благоприятствовало соединение многих народов в одной Римской империи. При этом торговля и другие сношения пролагали иногда особенные пути для проповедников веры. Торговля в то время в особенности процветала в приморских и других больших городах Малой Азии. Смирна, Милет, Ефес имели свои торговые колонии в Галлии, Британии, Испании. Пользуясь сими путями, святой Поликарп, епископ Смирнский, послал своих проповедников в Галлию. Во II веке не только были известны, но и процветали Церкви в городах Галлии — Лионе и Виенне, и первые епископы Лионские, святые Пофин и Ириней, были учениками святого Поликарпа. Из Галлии христианская вера распространилась в сопредельной ей Германии. Малоазийские же христиане насадили святую веру и в Британии. Трудами римских проповедников утверждено христианство в Северной Африке и Испании. В первой из сих стран возвысилась своим христианским просвещением Карфагенская Церковь, и отсюда христианство распространилось в Нумидии., Мавритании и вообще по североафриканскому побережью. Из Александрии христианство распространилось в Египте и сопредельных ему странах. Знаменитые учители Александрийской школы Пантен и Ориген предпринимали отдельные путешествия в Аравию и Индию с миссионерскою целью. Таким образом, преемники апостолов в течение II и III веков довершили дело их. Святой Иустин мученик еще во II веке мог сказать: "Нет уж более народа в мире, среди которого не возносились бы хвалы Отцу и Содетелю всяческих во имя Иисуса Христа." (Разговор с Трифоном, гл. 17.) Тертуллиан в начале III века писал язычникам: "Мы существуем только, так сказать, со вчерашнего дня и уже наполняем все: ваши города, острова, замки, пригороды, советы, лагери, трибы, дикурии, двор, сенат, форум; оставляем вам одни ваши капища." (Апология, гл. 37.)

Иудейские начальники, по злобе и зависти к Господу Спасителю решившиеся распять Его, не могли оставить в покое Его учеников. Гонение их на апостолов началось тотчас же, как стала распространяться их проповедь. Но в начале это гонение было остановлено благоразумием одного из наиболее уважаемых законоучителей — Гамалиила и борьбой партий саддукейской и фарисейской. Затем обращение к вере одного из самых сильных гонителей ее — Савла и стесненное положение синедриона, ввиду римского владычества, пока безразлично относившегося к христианству, способствовали ослаблению и даже прекращению открытого гонения на христиан со стороны евреев.

Внук беззаконного Ирода, избившего вифлеемских младенцев, Ирод Агриппа, происками пред римским правительством восстановил на некоторое власть царя в Палестине и, желая расположить к себе иудеев, снова воздвиг жестокое гонение на Церковь, умертвил апостола Иакова Зеведеева и заключил в темницу апостола Петра, но лютая болезнь (от подкожных червей) этого нечестивца прекратила вместе с его жизнью и поднятое им гонение.

По смерти Ирода Агриппы Иудея по-прежнему была подчинена римским прокураторам, и евреи, при всей ненависти к христианам, не могли много вредить им. Пример бессильной злобы евреев видим в истории суда над апостолом Павлом; первосвященник Анан также мог воспользоваться для умерщвления апостола Иакова, брата Господня, только перерывом римской власти. Наконец, мера долготерпения Божия исполнилась: в 67 году началась бедственная война иудеев с римлянами, и иудеи, как отдельный народ, пали.

Падение иудеев имеет важное значение в истории Церкви: 1) Здесь исполнились пророчества Моисея, Даниила и других пророков и слова Господа Иисуса Христа, Который предсказал, что Иерусалим будет окружен врагами и на месте храма не останется камня на камне. 2) В разрушении Иерусалима и храма совершилось самым делом (фактически) прекращение Ветхого Завета; теперь уже евреи не имеют храма, не приносят жертв, и вера их не приводит ко спасению. 3) Падение евреев имеет особенное отношение к последней судьбе всего мира. Господь Иисус Христос в своем предсказании соединил разрушение Иерусалима с имеющим последовать в конце веков разрушением мира, так что первое является как бы образом последнего (Мф. 24).

Особенные необычайные явления предзнаменовали для евреев гибельную катастрофу. Один раз ночью, около часа, в храме был виден свет, подобный дневному; в праздник Пасхи медные восточные врата в храме, которые с трудом отворяли двадцать человек, раскрылись сами собою; в праздник Пятидесятницы был слышен в храме необыкновенный шум, как бы от шагов во множестве удалявшегося народа, и явственно раздался голос: "Уйдем отсюда." Целый год над Иерусалимом являлась комета в виде меча; кроме того, в облаках видимы были толпы сражавшихся всадников на боевых колесницах. За четыре года до войны один еврей, по имени Иисус, как бы вдохновленный свыше, начал взывать, ходя по городу: "Горе Иерусалиму, храму," — и продолжал свои зловещие предсказания в течение семи лет. Наконец, вскрикнул: "Горе и мне!" — и в ту же минуту был убит камнем, брошенным кем-то из римского лагеря.

Причинами иудейской войны были: крайняя ненависть евреев к римлянам и жестокость к евреям римских прокураторов. Считая себя народом избранным, семенем Авраама, евреи никак не могли примириться с мыслью о подданстве язычникам. Среди них образовалась особая партия зилотов, или ревнителей, которые борьбу с римлянами считали задачею жизни. Римские прокураторы со своей стороны жестоко поступали с иудеями, притесняли их налогами, без всякой нужды оскорбляли их религиозное чувство. Особенно были ненавистны евреям Пилат и последние два прокуратора — Албин и Гессий Флор. Ко всему этому присоединились напряженные ожидания Мессии. Евреи были убеждены, что Мессия мгновенно явится во храме на помощь Своему избранному народу. По словам историка иудейской войны Иосифа Флавия, какая-то роковая сила влекла народ к его погибели, и он видит в этом Божие предопределение.

Задумав восстание против римлян, евреи окружили крепость, где находился римский гарнизон, и когда, томимые голодом, римские воины сдались евреям, то, несмотря на обещание безопасности, все вероломно были им перерезаны. За этот бесчестный поступок множество евреев было избито в Кесарии и Александрии. Евреи, в свою очередь, врывались в пограничные сирийские города и грабили жителей. Тогда римский проконсул Кестий Галл, живший в Антиохии, двинулся в Палестину, чтобы подавить восстание, и уже подступил к Иерусалиму, но, потерпев небольшое поражение и устрашившись множества неприятелей, неожиданно для евреев отступил от города. Евреи чрезвычайно надмились своим успехом и предались любимым мечтам о владычестве над миром; а христиане, помня повеление Господа, при виде мерзости запустения в храме (Мф. 24:15-20) воспользовались свободою выхода и удалились большею частью в заиорданский город Пеллу.

Император Нерон, услышав о сопротивлении евреев Кестию, послал в Палестину лучшего своего полководца Веспасиана с многочисленным войском. Веспасиан быстро покорил Галилею и подступил к Иерусалиму. В это время Нерон умер, затем в один год сменились три императора, и сирийские войска провозгласили императором своего полководца. Тогда Веспасиан поспешил в Рим и дальнейшее ведение осады поручил своему сыну Титу. Этот полководец, зная, что в Иерусалиме, по случаю праздника Пасхи, собралось чрезвычайно много евреев (более 2 миллионов), и желая прекратить подвоз к Иерусалиму съестных припасов, окружил весь город стеной, так что ни выйти оттуда, ни проникнуть туда не было возможности. В Иерусалиме начались ужасные бедствия: съестные припасы были скоро истреблены, и настал такой страшный голод, что одна мать, терзаемая голодом, заколола и съела свое новорожденное дитя. Развились болезни, люди умирали в таком множестве, что некому и негде было их хоронить. Более 150 тысяч трупов было выкинуто только в одни из городских ворот. Многие из евреев бежали вон из города прямо в руки неприятеля, и их распинали на крестах. Более 500 крестов стояли вокруг города с распятыми евреями, и, видимо, исполнилось безумное их заклятие: "Кровь Его (Господа Спасителя) на нас и на чадах наших." Наконец недостало дерева для крестов. Тогда Тит велел принимать беглецов и давать им пищу; но, изнуренные голодом, иудеи с такою жадностью бросались на хлеб, что от пресыщения умирали. После долговременной осады и бесполезных переговоров о сдаче Тит назначил приступ, приказав воинам беречь храм, считавшийся чудом искусства. После ужасных усилий город взяли, но храма не сберегли. От нечаянно брошенной головни здание запылало (10 августа 70 г. по Р.Х.). Иерусалим был разрушен. В память прежнего величия от города оставлены были только часть западной стены и три башни. Тит изумился, увидев, какие твердыни удалось ему взять и разрушить, и не принял обычных народных поздравлений по случаю победы, признавая себя орудием гнева Божия.

Ужасна была участь евреев, переживших падение своего родного города. Около 12 тысяч человек умерло голодной смертью в первое время после взятия города, прежде чем Тит мог сделать какие-либо распоряжения относительно оставшихся в живых. Главные мятежники подвергнуты были казни. 700 самых красивых юношей были выбраны для украшения триумфа победителя при въезде в Рим. Множество евреев было сослано на работы в рудники и продано в рабство на рынках Азии, Африки и Европы.

Вот некоторые из предсказаний пророка Моисея, в которых за полторы тысячи лет с поразительною точностью он изобразил бедствия евреев. "За то, что ты не служил Господу Богу Твоему, будешь служить врагу твоему... в голоде и жажде и наготе и во всяком недостатке... Пошлет на тебя Господь народ издалека, от края земли: как орел, налетит народ, которого языка ты не разумеешь, народ наглый, который не уважит старца и не пощадит юноши... И будет теснить тебя во всех жилищах твоих, доколе во всей земле твоей не разрушит высоких и крепких стен твоих, на которые ты надеешься... Женщина, жившая у тебя в неге и роскоши, которая никогда ноги своей не ставила на землю, по причине роскоши и изнеженности, будет безжалостным оком смотреть на мужа своего, и на сына своего, и на дочь свою... Она, при недостатке во всем, будет есть их, в осаде и стеснении, в котором стеснит тебя враг твой... И рассеет тебя Господь по всем народам, от края земли до края земли... но и между этими народами не успокоишься, и не будет места покоя для ноги твоей, и Господь даст тебе там трепещущее сердце, истаевание очей и изнывание души. Жизнь твоя будет висеть пред тобою, и будешь трепетать ночью и днем, и не будешь уверен в жизни твоей. От трепета сердца твоего, которым ты будешь объят, и от того, что ты будешь видеть глазами своими, утром ты скажешь: о, если бы пришел вечер, а вечером скажешь: о, если бы наступило утро!" (Втор. 28:47-68).

Через 65 лет иудеи опять восстали против римлян под начальством фанатика Вар-Кохеба ("сын звезды") и снова были усмирены римлянами. Тогда император Адриан велел совершенно разрушить Иерусалим и пройти плугом по его улицам в знак совершенного уничтожения города. На развалинах Иерусалима основана была римская колония под названием "Элия Капитолина," и иудеям под страхом смертной казни запрещено было приближаться к ней. Только в один день (именно 10 августа — день сожжения первого храма Навуходоносором и второго — римлянами) дозволялось им за известную плату издали посмотреть на свою бывшую столицу, на воротах которой было поставлено изображение ненавистного им животного.

Раввины иудейские не вразумились страшной казнью, постигшей иудеев. Причину небесного гнева они указывали в том, что евреи якобы мало заботились об исполнении обрядового Моисеева закона. В Тивериаде, куда по разрушении Иерусалима удалились более значительные из евреев, образовалась школа, в которой эта привязанность к мертвой букве, к обряду, без разумения его значения, достигла крайнего развития и нашла свое выражение в Талмуде. Это направление иудейского раввинизма еще более отдалило евреев от духа веры Христовой.

Когда кончились гонения на Церковь со стороны иудеев, начались страшные, продолжавшиеся два века с половиною гонения на язычников в Римской империи.

Главная и более общая причина гонений на христиан со стороны язычников — это совершенная противоположность учения христианского утвердившимся обычаям, нравам и воззрениям язычества. Язычники терпели всякую веру, лишь бы она не мешала им жить по-прежнему. Христианская же вера во всем изменяла образ жизни. Вместо эгоизма проповедовала любовь, на место гордости ставила смирение, вместо роскоши, доходившей в Римской империи до страшных размеров, требовала воздержания и поста; искореняла многоженство, возвысила значение рабов, взывала к богачам о милосердии и благотворительности. Эта борьба новых начал со старыми языческими порядками была так велика, что пошатнула здание Римской империи. Дряхлый организм ее не мог выдержать силы нового учения и должен был распасться. На место ее, по мановению Промысла, двинулись из глубины Азии новые народы. Во время борьбы христианства с язычеством необозримыми толпами они теснились в пределах греко-римского мира, и в их юных сердцах впоследствии со всей силою своею воздействовало новое христианское учение.

При этой общей причине ненависти языческого мира к христианству действовали частные причины, вызывавшие вражду к нему со стороны простого народа, образованной публики, со стороны жрецов, оракулов и других приверженцев старого порядка и, наконец, областных правлений и императоров.

Простой народ видел, что христиане отделяются от него в вере, в образе жизни, перетолковывал это по своим грубым понятиям во вред христианам и часто был слепым орудием, которым действовали враги христианства. Например: христиане не приносили жертв языческих — за это называли их безбожниками; христиане не участвовали в языческих увеселениях, противных их нравственности, — за это называли их врагами человеческого рода, человеконенавистниками. Бывали где-либо общественные бедствия, например: засуха, язва — жрецы и оракулы винили в них христиан, которые будто бы не почитанием богов навлекали на свою страну гнев их. И вот поднималась против христиан ярость кровожадной толпы.

Образованные люди, или так называемые философы, почитали, по своей ученой гордости, суеверием святую веру в Господа, по неизреченной любви пострадавшего за человеческий род на кресте. А видя, с какою твердостью христиане переносят свои страдания, говорили, что это слепой и вредный фанатизм. Даже такие ученые, как Тацит и Плиний Младший, называли христианство суеверием: первый "пагубным," второй – "грубым и безмерным." Впоследствии, когда это мнимое суеверие стало подрывать самые основы язычества, явился целый ряд писателей, которые силились с ученой точки зрения опровергнуть и унизить христианство. Чувствуя свою слабость в борьбе с ним, они старались вооружить против него царей и правителей.

Жрецы языческие, прорицатели, делатели идолов ненавидели христиан, между прочим, потому, что те подрывали их профессию, лишали их доходов и заработка (Деян. 19:23-29); из их среды выходили те злые клеветы на христиан, которые были распространены во время гонений: будто бы они в своих собраниях предаются разврату, пьют кровь младенцев и т. п. Оракулы возбуждали правителей и народ против христиан, давая ответы, неблагоприятные для них. Отчего была неудача на войне, за что боги посылали засуху, моровые язвы, почему оракул не отвечает вопрошающему его императору или полководцу — вся вина в том слагалась на христиан.

Историю гонений на христиан в первые три века можно разделить на следующие периоды: 1) Правительство римское в течение всего первого века не обращает особенного внимания на распространение христианства, и если христиане подвергаются гонениям, то вследствие личных побуждений со стороны императоров, а не в видах правительственных. 2) В начале второго века воздвигаются на христиан гонения в видах правительственных, но гонения эти долгое время имеют характер случайный и зависят от произвола правителей, от воззрений и характера государей. 3) С половины третьего века гонения принимают более напряженный и ожесточенный характер. Христианство преследуется как враждебная империи секта, с целью совершенного искоренения ее.

В первый из сих периодов гонения были при императорах Нероне и Домициане.

Нерон обвинил христиан в поджоге Рима, произведенном по его собственному желанию. Годы 64-68 были страшные для христиан: их распинали на крестах, зашивали в звериные шкуры и в таком виде отдавали на съедение диким зверям, зашивали в мешки, которые обливали смолой и зажигали во время народных гуляний.

Домициан был государь подозрительный и жадный до денег. Злоба его в особенности преследовала богатых людей, имения которых поступали в его казну. Он предал смерти своего близкого родственника Флавия Клемента за исповедание святой веры, а жену его Домитиллу сослал на отдаленный пустынный остров. Раз Домициан услышал, что в Палестине живут родственники Господа Иисуса Христа, которые ожидают Его пришествия. Их вытребовали в Рим. Это были внуки апостола Иуды, брата Господня. Подозрительный царь тогда только успокоился, когда удостоверился в их бедности и узнал, что они ожидают не земного, а небесного царства.

Во второй период наиболее сильные гонения были от императоров Траяна, Марка Аврелия и Септимия Севера.

Император Траян (98-117) строго воспретил существование тайных обществ, имеющих свои собственные законы, кроме общих государственных. Многие из областных правителей поспешили направить этот закон против христиан и стали их преследовать. Но один из них, именно проконсул Малой Азии Плиний Младший (племянник знаменитого естествоиспытателя), ужаснулся множества обвиняемых в христианстве и обратился к императору за разъяснением, как с ними поступать. Траян решил так: разыскивать христиан не должно, но если кто будет обвинен судебною властию в принадлежностях к христианству, того казнить. (На это один из апологетов христианских (Тертулиан) справедливо возразил: "Если ты казнишь христиан как виновных, то почему же не разыскиваешь их? Если же не разыскиваешь как невинных, зачем же казнишь?")

Император Марк Аврелий (161-180) ненавидел христиан за их, по его мнению, суеверное учение. Доселе римское правительство не разыскивало христиан: теперь оно стало их разыскивать, введена была система пыток и истязаний, чтобы вынудить у них отречение от веры. Такими мерами правительства было вызвано буйство черного народа против исповедников святой веры. Христиан изгоняли из домов, бичевали, побивали камнями, катали по земле, бросали в тюрьмы, лишали погребения. Никогда в прежние гонения не было столько мучеников, как в это время; бывало так, что тела замученных христиан лежали массами на улицах городов. К ослаблению этого страшного гонения послужило необыкновенное событие с громоносным легионом. В 174 году император воевал с разными варварами (квады, сарматы, маркоманны). В Паннонии (ныне Венгрия) он был заведен врагами в совершенно безводное место. Войско его погибло от палящего зноя и недостатка воды. Тогда, по молитве христиан, бывших в его войске, вдруг разразилась гроза и привела в смятение врагов, а затем пролился дождь и утолил жажду римских воинов. С этого времени император под страхом смертной казни воспретил преследовать христиан и тому легиону, по молитве которого совершилось чудо, дал название громоносного.

Император Септимий Север (193-211) в первые десять лет своего правления не только не преследовал христиан, но даже оказывал им благосклонность за то, что один христианин, по имени Прокул, через помазание елеем исцелил его от болезни. Затем стал изменяться в мыслях о них и начал их смешивать с мятежными евреями. В таком убеждении он воспретил под страхом смертной казни переход из язычества как в иудейство, так и в христианство. Враги веры воспользовались и прежними, и этим новым указами и стали преследовать христиан. Гонения, наконец, приняли такой ожесточенный характер, что некоторые христиане видели в нем признак пришествия антихриста.

В третий из указанных периодов особенно ожесточенные гонения против христиан были от императоров Декия и Диоклетиана.

Император Декий (249-251) был характера грубого и жестокого. Его убедили, что целость государства неразрывно связана с сохранением язычества, и Декий решился уничтожить христианство. Постановлено было, чтобы в определенный день все христиане известной области явились к принесению языческой жертвы. Кто не являлся, того разыскивали: если находили, то мучили медленной казнью, вынуждая отречься от Христа; если кто бежал, того лишали имения и гражданских прав. К счастью, это страшное гонение было непродолжительно.

Диоклетиан (284-305) был умный государь. Сознавая трудность управления громадною империею при постоянном нападении на ее окраины варваров, он разделил свою власть с полководцем Максимианом Геркулом и двумя кесарями: Галерием и Констанцием Хлором. Галерий, заклятый враг христиан, женился на дочери Диоклетиана и под конец его царства имел на него сильное влияние. Он и возбудил его против христиан. Четыре эдикта, изданные Диоклетианом, один другого жесточе, имели целью истребить христианство. (1-й эдикт: все богослужебные собрания христиан запрещаются; христианские храмы должны быть разрушены; списки Священного Писания должны быть отбираемы и сожигаемы (особенность гонения); все содержащие христианскую веру лишаются своего достоинства и гражданских прав; у христиан-рабов отнимается навсегда надежда на освобождение; при суде над христианами дозволяются пытки и не принимаются со стороны их никакие жалобы; 2-й эдикт: всех представителей и вообще духовных лиц заключать в темницу христиан. Требовать, чтобы они принесли жертвы идолам; кто принесет, тех освободить от заключения, а кто останется непреклонным, тех мучить жестокими пытками; 4-м эдиктом все христиане поголовно были осуждены на пытки и мучения с целью принудить их к отречению от христианства.) Пущены были в ход всевозможные пытки и казни, и не задумывались ни перед какою жестокостью. Назначен был срок для существования христианства (языческий праздник Терминалий 23 февраля 303 г.). На самом рассвете этого дня отряд воинов окружил никомидийский храм: двери храма были выломаны, священные книги сожжены, драгоценности разграблены — и весь храм разрушен до основания. После этого начались такие ужасы, которых невозможно изобразить. "Если бы у меня, — пишет современник гонения Лактанций, — были сотни уст и железная грудь, то и тогда я не мог бы исчислить всех родов мучений, которые претерпели верующие." Свирепость мучителей доходила до такой степени, что изувеченных снова лечили, чтобы мучить; мучили в одном месте от десяти до ста человек в день без различия пола и возраста. "Я сам был очевидцем этого, — говорит историк Евсевий, — так, что железо притуплялось и ломалось, и сами убийцы, утомившись, поочередно сменяли друг друга."

Но в самое страшное время гонения Диоклетианова при дворе его возрастал и укреплялся силою защитник христианства Константин, и после ужаснейшего испытания настали для церкви дни мира.

Святой Игнатий был учеником святого Иоанна Богослова и около 70 года по Р.Х. был рукоположен во епископа Антиохийской Церкви, которою управлял более тридцати лет. В 107 году император Траян, отправляясь на войну с персами, прибыл в Антиохию, и ему было донесено, что в торжественной встрече, сделанной от города, не приняли участия христиане, а на епископа Игнатия было указано как на главного в этом виновника. Сделан был допрос (передается следующий разговор священномученика с императором. "Кто ты, злой демон, — воскликнул Траян, — что осмеливаешься противиться нашим повелениям, других учишь тому же и вводишь в гибель?" "Никто не вправе назвать злым демоном богоносца, — ответил святой Игнатий. — но если ты хочешь назвать меня злым для демонов, потому что я веду с ними брань, то охотно принимаю данное тобою название." "Кто такой богоносец?" — спрашивает Траян. "Тот, кто носит Христа в своем сердце," — ответил святой Игнатий. "Ты говоришь о Том, — прервал святого Игнатия Траян, — Который был распят при Понтии Пилате?" "Да, — ответил святой Игнатий, — о Том, Кто вознес на кресте грех и сокрушил его виновника"... "Итак, ты носишь в сердце Распятого?" — спросил насмешливо Траян. "Да, — с достоинством и вместе с смирением ответил святой исповедник, — по описанному: вселюся в них и похожду".) и последовало решение императора: "Игнатия приковать к воинам и отправить в Рим на съедение зверям для увеселения народа." (Это выражение означало: приставить к нему десять воинов; с одним из воинов, по очереди, узник связывался цепью.) Путешествие святого Игнатия в Рим представляло две противоположности: с одной стороны — десять грубых воинов жестоко обращались с ним как с приговоренным к смерти узником; с другой — христиане оказывали ему самое трогательное внимание и уважение. Разные Церкви высылали навстречу святому Игнатию своих представителей, чтобы приветствовать его и послужить ему. Известны семь посланий к разным Церквам, написанные святым Игнатием с пути его в ответ на эти трогательные изъявления братской любви. Между прочим, он писал к римским христианам, чтобы они не старались, по своему усердию, об его освобождении и не мешали ему пострадать за Христа.

Когда, наконец, настало время страданий, святой Игнатий радостно вошел в амфитеатр, беспрестанно повторяя имя Христово. "Что ты повторяешь одно и то же слово?" — спросили его воины. Святой Игнатий ответил: "Оно написано у меня на сердце, потому и повторяют его уста". С молитвою ко Господу вышел он на арену. Дикие звери были спущены и с яростью растерзали святого исповедника, оставив от него только несколько костей. Эти кости с благоговением собрали антиохийские христиане, сопровождавшие своего епископа до места мучения, завернули их, как драгоценное сокровище, в чистое полотно и отвезли в свой город. Святой Игнатий пострадал 20 декабря, и ученики его сообщили об этом другим Церквам для того, чтобы ежегодно праздновать этот день в память священномученика. (Вот пример почитания святых мощей и празднования в честь святых в Древней Церкви. Перенесение мощей священномученика Игнатия празднуется 20 декабря.)

Святой Поликарп вместе с Игнатием Богоносцем был учеником апостола Иоанна Богослова. Быв рукоположен от апостола во епископа Смирнского, он отечески пас Церковь более сорока лет и пережил несколько гонений.

При начале гонения императора Марка Аврелия взволновалась языческая чернь и потребовала казни святого епископа. Поликарп хотел остаться в городе, но потом склонился на просьбу близких ему людей и удалился в одно селение. Здесь во время молитвы было ему видение, что горит возглавие на его постели. Он сказал своим спутникам: "Я буду сожжен живым." Наконец, место его убежища было открыто. Со словами: "Да будет воля Господня!" — Поликарп сам вышел к своим преследователям и даже велел дать им угощение, попросив себе только несколько времени для молитвы, по окончании которой бодро отправился на место мучения.

Вблизи города встретили его начальники римской стражи и стали убеждать к отречению от Христа, но святой Поликарп был непреклонен. При появлении его на городской площади чернь подняла страшный крик. В эти минуты явственно для святого Поликарпа и окружавших его христиан раздались слова: "Мужайся, будь непоколебим!" Проконсул сказал святому Поликарпу: "Пощади свою старость, одумайся, поклянись гением кесаря, произнеси хулу на Христа, и я тебя отпущу." Святой Поликарп отвечал: "Восемьдесят шесть лет я служу Ему и видел от Него только доброе: могу ли я хулить Царя моего — Спасителя?" Проконсул стал грозить ему дикими зверями, костром и проч. Поликарп твердо стоял в своем исповедании, и радостно сияло лицо его. Толпа между тем неистово кричала: "Это учитель нечестия, отец христиан, хулитель наших богов; ко львам его!" Когда распорядитель зверинца в цирке объявил, что представление уже окончено, то раздались новые крики: "Сжечь Поликарпа," — и проконсул согласился на это требование.

Тотчас натаскали бревен и дров, святого Поликарпа, по обычаю, хотели прикрепить к столбу железными скобами, но он просил, чтобы оставили его на свободе. "Тот, кто даст мне силу терпеть сожжение, — сказал он, — поможет и без железных уз быть на костре неподвижным!" Поэтому привязали его к столбу только веревками. С руками, связанными за спиной, пишут очевидцы, он походил на агнца, избранного в жертву, благоприятную Господу. Перед самым временем зажжения костра святой Поликарп произнес молитву, в которой благодарил Бога за то, что Он приводит его к сонму мучеников. Когда костер был зажжен, то, ко всеобщему удивлению, пламя вздулось как бы от сильного напора ветра и окружило мученика наподобие сияния: в воздухе носился аромат ладана и благоуханных кореньев. Видя, что пламя не действует, один из исполнителей казни поразил святого Поликарпа мечом. Тогда кровь из тела его полилась в таком количестве, что погасила пламень костра. Язычники, однако же, снова развели огонь и держали его, пока не сожжено было тело священномученика. Осталось от него только несколько костей. Христиане с благоговением собрали их и затем ежегодно совершали в день его кончины (23 февраля) святую память его.

Святой Иустин, по происхождению грек, в юности почувствовал влечение к философии, слушал все известные тогда философские школы (стоиков, перипатетиков, пифагорейцев) и ни в одной не нашел себе удовлетворения. После сего встретился с ним один старец величественной наружности и указал ему на писания пророков и апостолов, но "прежде, — сказал он, — молись Богу и Господу Иисусу Христу, чтобы Он просветил очи твоего сердца." Иустин начал изучать священные книги и более и более убеждался в божественном происхождении христианской религии. Окончательно подействовали на него то мужество и та радость, с которыми христианские мученики и мученицы шли на страдания.

Сделавшись христианином, Иустин не снял с себя философской мантии, дававшей ему право вступать в ученые споры. Он путешествовал по разным странам (был в Палестине, Малой Азии, Египте, Риме) и всюду старался руководить искателей мудрости к той истине, которая наполнила миром и радостью его собственное сердце. В то же время он старался защищать христиан от обвинений, которым подвергали их язычники. Известны две апологии, написанные им в защиту христиан, и несколько сочинений, в которых он доказывает превосходство христианства пред иудейством и язычеством. Один из его противников (циник Крискент), не сумев преодолеть его в спорах, донес на него римскому правительству, и он безбоязненно и радостно встретил мученическую кончину (166 г., память его 1 июня).

Святой Киприан происходил из знаменитого рода и получил отличное образование, был адвокатом, жил весело и роскошно. Но светская жизнь с ее развлечениями и удовольствиями не удовлетворяла его. В это время разочарования и скуки пресвитер Цецилий указал ему путь к истине. Киприан живо ощутил ту великую перемену, какую он почувствовал и в сердце, и в жизни после святого крещения, и сохранил к Цецилию живейшую благодарность, в знак которой присоединил имя его к своему имени. Тотчас по своем обращении он продал свои сады и виллы и деньги раздал бедным и, за строгую подвижническую жизнь и высокое просвещение, через два года по крещении был поставлен уже епископом Карфагенской Церкви, против собственной его воли, по единодушному, непреклонному желанию народа. На кафедре святителя Киприан проявил неутомимую деятельность и необыкновенную энергию для поддержания дисциплины в клире церковном и добрых нравов в обществе, которые начали колебаться и изменяться к худшему вследствие продолжительного мира Церкви. Он принимал самое живое и деятельное участие в разрешении вопросов о принятии в Церковь падших (т. е. изменивших вере во время гонений, каковых было особенно много во время жестокого правления Декиева), о крещении от еретиков и раскольников, для чего входил в соотношения с Римскою и Восточными Церквами. Памятниками энергичной архипастырской деятельности святого Киприана остались творения его, которые имеют руководственное значение, преимущественно в вопросах о церковной дисциплине.

Как только сделался известным в Карфагене указ Декия против христиан, то прежде всего раздались крики языческой черни: "Ко львам Киприана!" Верующие приступили к святому епископу и убедили его на некоторое время удалиться из Карфагена. Из убежища своего он строго следил за паствой, ободрял христиан в это тяжелое для них время, обличал нарушителей заведенных им церковных порядков, боролся с возмутителями Церкви (Новатом и Филициссимом), ниспровергал возводимые на него клеветы. Возвращение его было приветствовано радостными криками народа, и с появлением его прекратились раздоры и водворился мир в Церкви. При начале гонения от Валериана в 257 году он был заточен в одном городе, среди знойной пустыни; святой Киприан находил, однако же, возможность и отсюда управлять Церковью. Здесь было ему видение о предстоящем ему мучении и назначен срок для приготовления к кончине. Святой Киприан желал одного — чтобы пострадать ему в Карфагане.

Желание это исполнилось. Он был возвращен в Карфаген и предан язычникам. На требование проконсула принести жертву идолу он отвечал отказом и, когда объявлен был ему смертный приговор, радостно воскликнул: "Слава Богу!" Спокойно вошел он на место мучения; преклонив колена, помолился, благословил народ, сделал распоряжение, чтобы исполнителю казни дан был подарок, сам завязал себе глаза и подклонил голову для отсечения. Христиане взяли тело его и с великою честью похоронили, причем кровь его, тщательно собравшаяся платками, сохранялась, как драгоценное сокровище (258 г., память священномученника Киприана 31 августа).

В то же самое гонение, в которое был усечен мечом священномученник Киприан, пострадал Сикст, папа Римский. Когда вели Сикста к месту казни, то огромная толпа народа окружала его. Вдруг чрез эту толпу протискивается один молодой человек, достигает до епископа, удерживает его за одежду и со слезами восклицает: "Куда ты идешь, отец мой, без сына своего?" Это был архидиакон Римской Церкви Лаврентий. "Я не оставлю тебя, сын мой, — с любовью ответил ему Сикст. — Мы, старцы, ведем легкую брань, тебя ожидает более славный подвиг; скоро последуешь за мною."

Предречение это исполнилось. Вскоре после блаженной кончины святого Сикста римский префект призвал к себе архидиакона Лаврентия и потребовал от него выдачи сокровищ Римской Церкви, о которых ходила между язычниками преувеличенная молва. "Ваше учение, — с насмешкою сказал ему префект, — повелевает вам отдать кесарево кесарю: отдай же деньги, на которых вырезан портрет императора." Лаврентий спокойно отвечал: "Подожди немного, дай привести дела в порядок." Дано было ему три дня срока. На третий день святой Лаврентий собрал бедных, которые получали пособие от Римской Церкви, и привел их на двор префекта. "Выйди, — сказал он префекту, — посмотри сокровища нашей Церкви: весь двор твой полон золотых сосудов." "Ты смеешься надо мною, — с гневом сказал префект, увидев бедных, — я знаю: вас учат презирать смерть; но я заставлю тебя долго мучиться." Он приказал раздеть святого Лаврентия и привязать к железной решетке. Под эту решетку наложили хворосту и зажгли его. Святой мученик несколько минут лежал на одном боку и не издал ни одного стона. Затем спокойно сказал: "Испеклось уже; пора переворотить," — и с молитвоq за мучителей предал дух свой Господу (261 г., память его 10 августа).

В первой половине II века по Р.Х. жила в Риме вдова-христианка по имени София. Три дочери ее носили имена трех главных христианских добродетелей: Вера, Надежда, Любовь. Будучи сама истиной христианкой, она воспитывала их в духе святой веры. На них донесли императору Адриану, и он пожелал их видеть. Легко было догадаться, зачем их зовут, и они стали с молитвою готовиться к мученичеству.

Мать убеждала юных дочерей своих отдать жизнь свою за Христа. "Дети мои, — говорила она, — вспомните, что я в страданиях родила вас, со многим трудом воспитала вас, и утешьте старость матери вашей твердым исповеданием имени Христова." Укрепленные молитвою и увещеваниями матери, три отроковицы, из коих старшей было только двенадцать лет, безбоязненно исповедали пред царем веру и на глазах матери были обезглавлены. Софию царь не предал мучениям, зная, что мучения не поколеблют ее веры, позволил ей даже похоронить дочерей, но на третий день, после испытанного ею потрясения при виде страданий детей, она предала Богу свою душу (около 137 г., память их 17 сентября).

В гонение от императора Септимия Севера пострадали святые Препетуя и Филицитата.

Перепетуя была еще оглашенной, когда ей привелось встать в число исповедниц Христовых. Это была молодая и красивая женщина (22 лет); она происходила из богатой и знатной карфагенской фамилии, была замужем и имела грудное дитя. Мать ее была христианкой, отец — язычник. Он и боялся потерять любимую дочь, и в то же время крайне смущался за нее перед своими согражданами-язычниками. Поэтому он в начале гонений всячески уговаривал ее отречься от Христа. "Отец! — возразила Перпетуя, — видишь ли этот сосуд? Можешь ли ты назвать его как-нибудь иначе, чем он есть на самом деле? Точно так и я не могу иначе называться, как христианкой." Вскоре она была заключена в темницу.

"Я ужаснулась, — говорит святая исповедница, — никогда я не была в столь ужасной темноте. Тяжелый день! Томительная духота от множества заключенных, жестокое обращение приставников и, наконец, мучительная тоска о ребенке." Верующие, подкупив стражей, нашли возможным несколько облегчить страдания юной исповедницы. Она поспешила воспользоваться данной ей льготой, чтобы кормить свое дитя. Наконец, ей дозволено было взять его к себе в тюрьму. "Темница стала теперь для меня дворцом," — говорила обрадованная мать, лаская своего малютку. В темницу пришел к Перпетуе престарелый отец, и начались для нее жестокие испытания. Отец не приказывал своей дочери, а просил ее, умолял, падал перед нею на колени, убеждая ее отречься от веры, целовал ей руки и обливал их слезами. "Умилосердись над моей сединой, — говорил он своей дочери, — не делай меня предметом поругания. Посмотри на свою мать, братьев, сына: ему не жить без тебя!" С невыразимою тоскою смотрела на отца Перепетуя и, оставаясь непреклонною в истине исповедания, истощалась в усилиях сколько-